а хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

А хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

Месяц рожу полощет в луже,
С неба светит лиловый сатин.
Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.
А хорошего в жизни мало,

Боль не тонет в проклятом вине,
Даже та, что любил, перестала
Улыбаться при встрече мне.
А за что? А за то, что пью я,
Разве можно за это ругать,
Коль на этой на пьяной планете
Родила меня бедная мать.
Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.
Месяц рожу полощет в луже,
С неба светит лиловый сатин.

Другие статьи в литературном дневнике:

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

Источник

Есенин

Месяц рожу полощет в луже,
С неба светит лиловый сатин.
Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.
А хорошего в жизни мало,
Боль не тонет в проклятом вине,
Даже та, что любил, перестала
Улыбаться при встрече мне.
А за что? А за то, что пью я,
Разве можно за это ругать,
Коль на этой на пьяной планете
Родила меня бедная мать.
Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.
Месяц рожу полощет в луже,
С неба светит лиловый сатин.

Дубликаты не найдены

Грубым дается радость.
Нежным дается печаль.
Мне ничего не надо,
Мне никого не жаль.

Жаль мне себя немного,
Жалко бездомных собак.
Эта прямая дорога
Меня привела в кабак.

Что ж вы ругаетесь, дьяволы?
Иль я не сын страны?
Каждый из нас закладывал
За рюмку свои штаны.

Мутно гляжу на окна.
В сердце тоска и зной.
Катится, в солнце измокнув,
Улица передо мной.

А на улице мальчик сопливый.
Воздух поджарен и сух.
Мальчик такой счастливый
И ковыряет в носу.

Ковыряй, ковыряй, мой милый,
Суй туда палец весь,
Только вот с эфтой силой
В душу свою не лезь.

Памяти поэта

У каждого свое

Отчёт алкоголика. Семь лет спустя

А я постою на месте и расскажу, что еще интересного произошло за прошедший год.

Что я там писал года назад? Велики, бассейн, похудение, туда-сюда.

Давайте, садитесь поудобней. Рассказываю, что было дальше.

Да, в апреле еще и автопарк обновили. Я выкупил из лизинга рабочую машину. Продал ее за неделю, плюс продали пежо жены и на общую сумму купили новый кроссовер. Эх, красота, тем более, что в июле еще и новую рабочую дали.

Ок, вылечились, автопарк обновили, надо же восстановиться. Ну и улетели на все майские в Сочи. За болезнь еще пару кг ушло и вес стал 84 кг. Тренировки после возвращения из Сочи продолжили и сделали упор на набор мышечной массы. Пришло лето, а тут и командировки разрешили. В итоге за три месяца 15 городов, по 2-3 дня в каждом, но все равно на трени находил время. Так как трудно в поездках считать калории, то на подсчет на лето забили, решив вернуться осенью. Как результат пришло 6 кг, но сейчас опять подсчеты, отчёты и три из набранных уже скинул.

Так что с февраля ни грамма алкоголя, спорт и я понял, что никогда не поздно начинать заново, что есть цели, которые можно достичь, благодаря поддержке.

Так что, кто там на песчаный карьер? А я завтра на тренировку и в бассейн.

Всем пока, отчет через год, надеюсь будет не менее интересный.

Источник

А хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

Теперь любовь моя не та.
Ах, знаю я, ты тужишь, тужишь
О том, что лунная метла
Стихов не расплескала лужи.

Грустя и радуясь звезде,
Спадающей тебе на брови,
Ты сердце выпеснил избе,
Но в сердце дома не построил.

И тот, кого ты ждал в ночи,
Прошел, как прежде, мимо крова.
О друг, кому ж твои ключи
Ты золотил поющим словом?
… показать весь текст …

Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
Эту жизнь прожил я словно кстати,
Заодно с другими на земле.

И с тобой целуюсь по привычке,
Потому что многих целовал,
И, как будто зажигая спички,
Говорю любовные слова.

«Дорогая», «милая», «навеки»,
А в душе всегда одно и тож,
Если тронуть страсти в человеке,
То, конечно, правды не найдешь.
… показать весь текст …

Ты запой мне ту песню, что прежде…

Ты запой мне ту песню, что прежде
Напевала нам старая мать.
Не жалея о сгибшей надежде,
Я сумею тебе подпевать.

Я ведь знаю, и мне знакомо,
Потому и волнуй и тревожь —
Будто я из родимого дома
Слышу в голосе нежную дрожь.

Ты мне пой, ну, а я с такою,
Вот с такою же песней, как ты,
Лишь немного глаза прикрою —
Вижу вновь дорогие черты.
… показать весь текст …

Глупое сердце, не бейся! Все мы обмануты счастьем.

Даль подёрнулась туманом,
Чешет тучи лунный гребень.
Красный вечер за куканом
Расстелил кудрявый бредень.

Под окном от скользких вётел
Перепельи звоны ветра.
Тихий сумрак, ангел тёплый,
Напоен нездешным светом.

Сон избы легко и ровно
Хлебным духом сеет притчи.
На сухой соломе в дровнях
Слаще меда пот мужичий.
… показать весь текст …

В цветах любви весна-царевна
По роще косы расплела,
И с хором птичьего молебна
Поют ей гимн колокола.
Пьяна под чарами веселья,
Она, как дым, скользит в лесах,
И золотое ожерелье
Блестит в косматых волосах.
А вслед ей пьяная русалка
Росою плещет на луну.
И я, как страстная фиалка,
Хочу любить, любить весну.

Эх вы, сани! А кони, кони.

Эх вы, сани! А кони, кони!
Видно, черт их на землю принес.
В залихватском степном разгоне
Колокольчик хохочет до слез.

Ни луны, ни собачьего лая
В далеке, в стороне, в пустыре.
Поддержись, моя жизнь удалая,
Я еще не навек постарел.

Пой, ямщик, вперекор этой ночи, —
Хочешь, сам я тебе подпою
Про лукавые девичьи очи,
Про веселую юность мою.
… показать весь текст …

В этой жизни умирать не ново, но и жить, конечно, не новей.

Улеглась моя былая рана.

Улеглась моя былая рана —
Пьяный бред не гложет сердце мне.
Синими цветами Тегерана
Я лечу их нынче в чайхане.

Сам чайханщик с круглыми плечами,
Чтобы славилась пред русским чайхана,
Угощает меня красным чаем
Вместо крепкой водки и вина.

Угощай, хозяин, да не очень.
Много роз цветет в твоем саду.
Незадаром мне мигнули очи,
Приоткинув черную чадру.
… показать весь текст …

Нивы сжаты, рощи голы

Дремлет взрытая дорога.
Ей сегодня примечталось,
Что совсем-совсем немного
Ждать зимы седой осталось.

Прячет месяц за овинами.

Прячет месяц за овинами
Желтый лик от солнца ярого.
Высоко над луговинами
По востоку пышет зарево.
Пеной рос заря туманится,
Словно глубь очей невестиных.
Прибрела весна, как странница,
С посошком в лаптях берестяных.
На березки в роще теневой
Серьги звонкие повесила
И с рассветом в сад сиреневый
Мотыльком порхнула весело.

Годы молодые с забубённой славой,
Отравил я сам вас горькою отравой.
Я не знаю: мой конец близок ли, далёк ли,
Были синие глаза, да теперь поблёкли.
Где ты, радость? Темь и жуть, грустно и обидно.
В поле, что ли? В кабаке? Ничего не видно.
Руки вытяну — и вот слушаю на ощупь:
Едем… кони… сани… снег… проезжаем рощу.
«Эй, ямщик, неси вовсю! Чай, рождён не слабый.
Душу вытрясти не жаль по таким ухабам».
А ямщик в ответ одно: «По такой метели
Очень страшно, чтоб в пути лошади вспотели».
«Ты, ямщик,…
… показать весь текст …

Поёт зима — аукает.

Поёт зима — аукает,
Мохнатый лес баюкает
Стозвоном сосняка.
Кругом с тоской глубокою
Плывут в страну далёкую
Седые облака.

А по двору метелица
Ковром шелковым стелется,
Но больно холодна.
Воробышки игривые,
Как детки сиротливые,
Прижались у окна.
… показать весь текст …

Это гениальное стихотворение автор написал в 15 лет!

Мир таинственный, мир мой древний,
Ты, как ветер, затих и присел.
Вот сдавили за шею деревню
Каменные руки шоссе.

Так испуганно в снежную выбель
Заметалась звенящая жуть.
Здравствуй ты, моя черная гибель,
Я навстречу к тебе выхожу!

Город, город, ты в схватке жестокой
Окрестил нас как падаль и мразь.
Стынет поле в тоске волоокой,
Телеграфными столбами давясь.
… показать весь текст …

Где ж ты? Где ж ты, былая мощь?

Хочешь встать — и рукою не можешь двинуться!

Юность, юность! Как майская ночь,

Отзвенела ты черемухой в степной провинции.

Вот всплывает, всплывает синь ночная над Доном,

Тянет мягкою гарью с сухих перелесиц.

Золотою известкой над низеньким домом
… показать весь текст …

Источник

Онлайн чтение книги Том 4. Стихотворения, не вошедшие в Собрание сочинений
Приложение 2. Приписываемое (Dubia)

Под осенними осинками

Зайка зайке говорит:

— Посмотри, как паутинками

Наш осинничек обвит.

Замелькали нити белые,

Закраснел в дубраве лист;

Сквозь деревья помертвелые

Чей-то слышен вой и свист.

То зима идет сердитая —

Горе бедному зверью!

Поспешим к ее прибытию

Шубку выбелить свою. —

Под осенними осинками

Обнялись друзья, молчат…

Повернулись к солнцу спинками —

Я сгоню на луг росистый

Там у речки, речки быстрой,

И рассыплюсь соловьиной

В эту ночь тревожно-голубую,

Распустились ольхи и березы,

И прозрачный воздух на поляны

Уронил серебряные слезы.

На рассвете зорька золотая

Загорелась ярким перламутром

И шепнула сонной деревушке:

Мне снится родимое поле,

Все снится задумчивый лес

И тихая песня на воле,

Как отзвук далеких небес.

Осины шумят за полями

В алмазах весенних лучей,

И звонко лепечет струями

Певун светлоликий — ручей…

Уйти бы в родимое поле,

В зеленый задумчивый лес

И тихо смеяться на воле,

И петь о лазури небес…

«Будь Юрием, москвич…»

И ты увидишь сон свой наяву.

Давным-давно твой тезка

Тебе в подарок основал Москву.

На белом снеге оттиск лапок

Медлительных гусиных стад,

И звонче голос нежных маток

И смех косматых жеребят.

За сетью снежной паутины

Зимующий темнеет стог.

И, как старухи, горбят спины

Деревья вдоль больших дорог.

«Я вплетаю в свой стих год от году…»

Я вплетаю в свой стих год от году *

Азиатского вязева нить.

О скажи мне, в какую погоду

Я бы мог о Москве позабыть?

Чтоб с тоскою своей неослабной

Не ходить в захудалый кабак,

Пить мадеру с девицей похабной

И любить ее черт знает как.

И не петь ей про синие нивы,

Про семью и про старый мой дом…

Если выпил сегодня я пива,

Значит, завтра напьюсь коньяком!

«Месяц рожу полощет в луже…»

С неба светит лиловый сатин.

Я стою никому не нужен,

Одинокий и пьяный, один.

А хорошего в жизни мало,

Боль не тонет в проклятом вине,

Даже та, что любил, перестала

Улыбаться при встрече мне.

А за что? А за то, что пью я,

Разве можно за это ругать,

Коль на этой на пьяной планете

Родила меня бедная мать.

Я стою никому не нужен,

Одинокий и пьяный, один.

Месяц рожу полощет в луже,

С неба светит лиловый сатин.

«Жизнь, как коня, держи за узду…»

Если тебя посылают в….,

Весенней девочке Леле *

Еще девочка ты, дочь степей,

Не знакомая с жизненным ядом.

Потому-то и хочется мне

Твоего недозрелого взгляда.

Ты не смотришь, не нравлюсь, ну что ж…

Я отцветший, я ворон осенний,

Но тому, в ком ты вызовешь дрожь,

Позавидую в позднем волненьи.

Белеет лист бумаги, —

Словно степь, что вьюгой

Замер гул трамваев.

Что же мне так больно,

Кончить здесь свой путь.

И в муках разум тонет.

Где ты, юность — синь

Навек угасших снов?

Безмолвно что-то стонет

Над холмом истлевших

В пыль и прах годов…

Стыдно мне и жутко.

Мне бы не родиться

Мне приснилась бабка

— Ты ли это, внук мой?

Кончать уже волынку —

Комментарии к приложению 2

В ожидании зимы (с. 517). — Соловьева Е. Е. и др. «Родная речь». Книга для чтения во II классе начальной школы. М., 1944, с. 52. Там же на с. 224 «Пастух». Принадлежность Есенину обоих стихотворений указана в оглавлении книги.

Печатается по тексту «Родной речи».

Стихотворение «В ожидании зимы», как и «Пастух», поэтическим языком, лирической интонацией близко к пейзажным зарисовкам 1911–1913 годов («Восход солнца», «Зима», «Береза»).

Датируется приблизительно этими годами.

Первые публикации стихотворений состоялись, возможно, в дореволюционных детских журналах или в литературных приложениях к ним, откуда и были взяты составителями «Родной речи».

Стихотворения «В ожидании зимы», как и помещенные далее «Пастух», «В эту ночь», «Уйти бы…», «Месяц рожу полощет в луже…» были рассмотрены в статье Л. Ф. Соколовой, В. П. Тимофеева «Опыт атрибуции стихотворных текстов с проблемным есенинским авторством» (сб. «Теория поэтической речи и поэтическая лексикография». Шадринск, 1971, с. 164–178). В результате анализа художественного строя, лексического состава и других элементов стихотворений авторы пришли к выводу о возможной принадлежности этих произведений Есенину.

С. А. Рейсер в книге «Основы текстологии» (2-е изд., Л., 1978, с. 93) отметил несостоятельность и наивность работы Соколовой, Тимофеева. Думается, критик не во всем прав, не видя ни одного положительного момента в труде исследователей.

Пастух (с. 518). — Соловьева Е. Е. и др. «Родная речь». Книга для чтения во II классе начальной школы. М., 1944, с. 224.

Печатается по тексту «Родной речи».

См. выше коммент. к стихотворению «В ожидании зимы».

В эту ночь (с. 518). — Газ. «Наш путь», М., 1913, 30 авг., № 5. Вместе со стихотворением «Уйти бы…», с подписью «А. Т.»

Печатается и датируется по первой публикации.

Напечатано в конфискованном номере большевистской газеты. О возможной принадлежности Есенину стихотворений «В эту ночь» и «Уйти бы…» писала С. Стриевская в статье «Не Есенин ли это. » (газ. «Литературная Россия», М., 1966, 14 окт., № 42, с. 11). Предположения, в частности, основываются на том, что вторая строфа стихотворения

«В эту ночь» «почти полностью совпадает с концовкой стихотворения С. Есенина „С добрым утром!“, опубликованного в июле 1914 г. в журнале „Мирок“».

К статье дано примечание от редакции еженедельника: «Предположение Софьи Иосифовны Стриевской показалось нам интересным, и мы решили познакомить с ее изысканиями наших читателей, хотя прямых доказательств авторства Есенина нет».

К сказанному добавим, что сам поэт считал: он «первый раз увидел напечатанными свои вещи» 10 декабря 1913 года (см.: Бениславская Г. А… Воспоминания о Есенине. — Сб. «С. А. Есенин. Материалы к биографии». М., 1992, с. 30).

До настоящего времени достоверно известны два псевдонима Есенина: Аристон (так подписано стихотворение «Береза» в журн. «Мирок», 1914, кн. 1) и Метеор (упомянут в письме к М. П. Бальзамовой, февраль 1914 г.).

См. коммент. к стихотворению «В ожидании зимы» (с. 523).

« Уйти бы… » (с. 518). — Газ. «Наш путь», М., 1913, 30 авг., № 5. Вместе со стихотворением «В эту ночь», подпись: «А. Т.»

Печатается и датируется по первой публикации.

См. коммент. к стихотворениям «В ожидании зимы» (с. 523) и «В эту ночь» (с. 523).

« Будь Юрием, москвич… » (с. 519). — Стародуб К., Емельянова В., Краусова И. Я люблю этот город вязевый. Путеводитель по литературным местам Москвы. 2-е изд., доп. и перераб., М., 1990, с. 234 (в главе четвертой «Я знаю тебя, Замоскворечье», написанной В. В. Емельяновой).

Печатается по тексту этого издания.

Датируется с учетом воспоминаний А. Р. Изрядновой, вступившей в гражданский брак с Есениным в 1914 году.

Строки обращены к сыну Есенина и Изрядновой Юрию — Георгию (1914–1937).

«В конце декабря ‹1914 г.› у меня родился сын, — вспоминала Анна Романовна Изряднова, — Есенину пришлось много канителиться со мной (жили мы только вдвоем). Нужно было меня отправить в больницу, заботиться о квартире. Когда я вернулась домой, у него был образцовый порядок: везде вымыто, печи истоплены, и даже обед готов и куплено пирожное, ждал. На ребенка смотрел с любопытством, все твердил: «Вот я и отец». Потом скоро привык, полюбил его, качал, убаюкивая, пел над ним песни» (Восп., 1, 145).

Ноябрь (с. 519). — «Страда». Лит. сб… кн. 2, Пг., 1917, с. 204. Подпись: «Е.».

Ни в перечне фамилий поэтов, публикуемых в разделе «Стихотворения», ни в оглавлении сборника автор стихотворения «Ноябрь» за подписью «Е.» не указан.

Печатается по этому изданию.

Датируется условно временем подготовки к печати сборника.

Предположение о принадлежности стихотворения Есенину высказал В. Вдовин в статье «Забытое стихотворение С. Есенина» (газ. «Неделя», М., 1965, 24–30 окт., № 44, с. 11). В другой статье — «Есенин и литературно-художественное общество «Страда» — он, в частности, замечал: «В пользу этого предположения говорит тематика стиха, его образная система, ритмика, ярко индивидуальное, чисто есенинское видение мира, столь характерное для его поэзии предреволюционных лет» (Сб. «Есенин и русская поэзия». Л., 1967, с. 182–183).

Заметим, что одно из писем Есенина (к М. П. Бальзамовой от 24 апреля 1915 г. из Петрограда) подписано: «Уважающий Вас Е.» (см. т. 6 наст. изд.).

« Я вплетаю в свой стих год от году… » (с. 519). — Газ. «Подмосковье», 1992, 15 февр., № 7, с. 10. Страница с машинописным текстом воспроизведена факсимильно. Над перечеркнутым текстом: «Сергей Есенин». В правом верхнем углу — цифра «35». Послесловие Н. Л. ‹Н. П. Леонтьева›.

Печатается по этому тексту.

Условно датируется 1922–1923 годами — временем создания цикла «Москва кабацкая».

Как сообщается в послесловии, стихотворение «хранилось в бумагах архива Рюрика Ивнева и обнаружилось совершенно случайно».

О Рюрике Ивневе см. коммент. к стихотворению «Я одену тебя побирушкой…» (с. 372–373).

« Месяц рожу полощет в луже… » (с. 520). — Сб. «Теория поэтической речи и поэтическая лексикография». Шадринск, 1971, с. 175.

Печатается по тексту сборника.

Условно датируется 1923–1924 годами — по тематической близости к сборнику «Москва кабацкая».

См. коммент к стихотворению «В ожидании зимы» (с. 523).

« Жизнь, как коня, держи за узду… » (с. 521). — Газ. «Подмосковье», 1993, 9 окт., № 41, с. 11 (в статье Владимира Ливадина «„Вы ж такое загибать умели… “. Озорные строки Есенина»).

Печатается по первой публикации.

Датируется приблизительно 1924–1925 годами.

Лист с записью рукой Есенина этого стихотворения находился в собрании Евдоксии Федоровны Никитиной (1895–1973) — «Никитинские субботники». Четверостишие учтено в «Справочно-библиографическом указателе», составленном А. П. Ломаном и В. В. Базановым (ИРЛИ). В настоящее время местонахождение листа с текстом четверостишия неизвестно.

Весенней девочке Леле (с. 521). — Газ. «Ленинский путь», Туапсе, 1973, 12 окт., № 163 (в очерке И. Шнейдера «Иркутская находка» ‹отрывок из книги «Встречи с Есениным», 3-е доп. изд.›).

Печатается по тексту в кн.: Шнейдер Илья. Встречи с Есениным. Воспоминания. 3-е изд. доп., М., 1974, с. 128.

Датируется по содержанию воспоминаний.

Шнейдер Илья Ильич (1891–1980), журналист, театральный работник, директор-распорядитель школы Айседоры Дункан, а потом театра-студии ее имени. Познакомился с Есениным в 1921 году; во время совместной жизни Сергея Есенина и Айседоры Дункан часто встречался с поэтом.

И. Шнейдер в своих воспоминаниях рассказывает о встрече в Иркутске со школьницей и ее матерью, О. П. Радченко. Они сообщили, что их бабушка и мать — Елена Степановна Хмельницкая (Селиванова) хранит неизвестное стихотворение Сергея Есенина, написанное им в Баку. Сама Елена Степановна находилась в больнице, и они поведали с ее слов об обстоятельствах, при которых стихотворение было написано. Случайно оказавшись в квартире Селивановых, живших тогда в Баку, и приняв приглашение хозяев попить чаю, Есенин «все время старался заглянуть в глаза Леле. Она смущенно каждый раз отворачивалась. Есенин пробыл у них недолго, каких-нибудь 15–20 минут. Уходя, он опять пытался заглянуть в глаза девушки, все так же избегавшей его взгляда. Тогда он взял клочок бумаги и написал на нем: «Весенней девочке Леле…» ‹далее идет текст стихотворения с подписью: С. Есенин›. (Шнейдер Илья. Встречи с Есениным. 3-е изд. доп., М., 1974, с. 126–128).

Автограф стихотворения И. Шнейдеру увидеть не удалось. Ему была вручена лишь копия с оригинала.

Ноктюрн (с. 521). — Газ. «Знамя строителя», М., 1961, 12 июля, № 82 (в статье Л. Оссиана «Ноктюрн. Неопубликованное стихотворение С. Есенина»); газ. «Вечірній Киïв», 1962, 23 липня, № 172 (в статье того же автора «Нове про Есеніна», статья на украинском языке).

Текст стихотворения (на русском языке) в публикации киевской газеты по сравнению с текстом в «Знамени строителя» дан полнее.

Печатается по тексту газ. «Вечірній Киïв».

«В декабре 1925 года, — писал в своей статье Л. Оссиан (газ. «Знамя строителя»), — я приехал в командировку в Ленинград и остановился в гостинице «Англетер». Я заходил к Есенину в номер. В одно из таких посещений, в беседе с поэтом мое внимание привлек листок из блокнота, лежащий на полу, заполненный ровным почерком». Как вспоминал Л. Оссиан, это был автограф стихотворения «Ноктюрн», после первой строфы сильно перечеркнутый рукой поэта. По его просьбе поэт дочитал стихотворение до конца, но просил никогда никому не показывать этих строк. Многие годы Л. Оссиан выполнял просьбу поэта. «Однако в настоящее время, — закончил он свою статью, — уже на склоне многих лет, я все же считаю необходимым это стихотворение опубликовать».

Датируется по свидетельству Л. Оссиана.

Несмотря на двукратную публикацию этого стихотворения, ни в точности текста, ни в принадлежности его Есенину полной уверенности нет.

Источник

Том 4. Стихотворения, не вошедшие в Собрание сочинений читать книгу онлайн

Он: «Сныть трава, трынь-трава…» ‹и т. д.›.

Это был, по-видимому, экспромт.

Я выпросил у знакомой засушенную и сохраненную ею сныть. Остатки травинки (она крошится) хранятся у меня до сих пор».

Приложение 2. Приписываемое (Dubia)

Под осенними осинками
Зайка зайке говорит:
— Посмотри, как паутинками
Наш осинничек обвит.
Замелькали нити белые,
Закраснел в дубраве лист;
Сквозь деревья помертвелые
Чей-то слышен вой и свист.
То зима идет сердитая —
Горе бедному зверью!
Поспешим к ее прибытию
Шубку выбелить свою. —
Под осенними осинками
Обнялись друзья, молчат…
Повернулись к солнцу спинками —
Шубки серые белят.

Я сгоню на луг росистый
Шуструю скотину…
Там у речки, речки быстрой,
Срежу камышину…
Продырявлю камышину,
Сделаю свирель я
И рассыплюсь соловьиной
Переливной трелью.

В эту ночь тревожно-голубую,
Распустились ольхи и березы,
И прозрачный воздух на поляны
Уронил серебряные слезы.
На рассвете зорька золотая
Загорелась ярким перламутром
И шепнула сонной деревушке:
«С добрым утром!»

Мне снится родимое поле,
Все снится задумчивый лес
И тихая песня на воле,
Как отзвук далеких небес.
Осины шумят за полями
В алмазах весенних лучей,
И звонко лепечет струями
Певун светлоликий — ручей…
Уйти бы в родимое поле,

В зеленый задумчивый лес
И тихо смеяться на воле,
И петь о лазури небес…

«Будь Юрием, москвич…»

Будь Юрием, москвич*.
Живи, в лесу аукай,
И ты увидишь сон свой наяву.
Давным-давно твой тезка
Юрий Долгорукий
Тебе в подарок основал Москву.

На белом снеге оттиск лапок
Медлительных гусиных стад,
И звонче голос нежных маток
И смех косматых жеребят.

За сетью снежной паутины
Зимующий темнеет стог.
И, как старухи, горбят спины
Деревья вдоль больших дорог.

«Я вплетаю в свой стих год от году…»

Я вплетаю в свой стих год от году*
Азиатского вязева нить.
О скажи мне, в какую погоду
Я бы мог о Москве позабыть?

Чтоб с тоскою своей неослабной
Не ходить в захудалый кабак,
Пить мадеру с девицей похабной
И любить ее черт знает как.

И не петь ей про синие нивы,
Про семью и про старый мой дом…
Если выпил сегодня я пива,
Значит, завтра напьюсь коньяком!

«Месяц рожу полощет в луже…»

Месяц рожу полощет в луже*,
С неба светит лиловый сатин.
Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.

А хорошего в жизни мало,
Боль не тонет в проклятом вине,
Даже та, что любил, перестала
Улыбаться при встрече мне.

А за что? А за то, что пью я,
Разве можно за это ругать,
Коль на этой на пьяной планете
Родила меня бедная мать.

Я стою никому не нужен,
Одинокий и пьяный, один.
Месяц рожу полощет в луже,
С неба светит лиловый сатин.

«Жизнь, как коня, держи за узду…»

Жизнь, как коня, держи за узду*,
Не охай и не ахай.
Если тебя посылают в….,
Посылай всех на…!

Весенней девочке Леле*

Еще девочка ты, дочь степей,
Не знакомая с жизненным ядом.
Потому-то и хочется мне
Твоего недозрелого взгляда.

Ты не смотришь, не нравлюсь, ну что ж…
Я отцветший, я ворон осенний,
Но тому, в ком ты вызовешь дрожь,
Позавидую в позднем волненьи.

Ночь… Передо мной
Белеет лист бумаги, —
Словно степь, что вьюгой
Дикой замело.
Голова поникла,
И морщин зигзаги
Перекрыли вдоль
Усталое чело.

Тишиной погоста
Замер гул трамваев.
Город утопает

В каменную жуть…
Что же мне так больно,
Сам того не знаю.
Или мне придется
Кончить здесь свой путь.

А мечты кипят,
И в муках разум тонет.
Где ты, юность — синь
Навек угасших снов?
В глубине души
Безмолвно что-то стонет
Над холмом истлевших
В пыль и прах годов…

Жизнь свою листая,
Стыдно мне и жутко.
Мне бы не родиться
Вовсе и не жить.
Боже мой! Зачем
Такую злую шутку
Сатана со мной
Изволил сотворить!

Комментарии к приложению 2

В ожидании зимы (с. 517). — Соловьева Е. Е. и др. «Родная речь». Книга для чтения во II классе начальной школы. М., 1944, с. 52. Там же на с. 224 «Пастух». Принадлежность Есенину обоих стихотворений указана в оглавлении книги.

Печатается по тексту «Родной речи».

Датируется приблизительно этими годами.

Пастух (с. 518). — Соловьева Е. Е. и др. «Родная речь». Книга для чтения во II классе начальной школы. М., 1944, с. 224.

Печатается по тексту «Родной речи».

См. выше коммент. к стихотворению «В ожидании зимы».

В эту ночь (с. 518). — Газ. «Наш путь», М., 1913, 30 авг., № 5. Вместе со стихотворением «Уйти бы…», с подписью «А. Т.»

Печатается и датируется по первой публикации.

Источник

а хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

А хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

Другие статьи в литературном дневнике:

Есенин

Дубликаты не найдены

Памяти поэта

У каждого свое

Отчёт алкоголика. Семь лет спустя

А хорошего в жизни мало боль не тонет в проклятом вине

Ты запой мне ту песню, что прежде…

Эх вы, сани! А кони, кони.

Улеглась моя былая рана.

Нивы сжаты, рощи голы

Прячет месяц за овинами.

Поёт зима — аукает.

Онлайн чтение книги Том 4. Стихотворения, не вошедшие в Собрание сочинений Приложение 2. Приписываемое (Dubia)

Том 4. Стихотворения, не вошедшие в Собрание сочинений читать книгу онлайн

Онлайн чтение книги Том 4. Стихотворения, не вошедшие в Собрание сочинений
Приложение 2. Приписываемое (Dubia)