Сергей Довлатов
Вот и все, пришла пора прощаться
Будь благоразумной, не реви.
Коль на то пошло, то оба мы причастны
К радостям и подвигам любви
Ты должна понять, что в этом мире
Всем не суждено найти покой
Часть идет дорогами прямыми
Я вот, извини меня, такой.
Это только грустная случайность
То, что счастье в дверь мне постучалось.
Асе
Будь вокзал тот единственным в жизни вокзалом
А перрон, как трибуна, последним твоим рубежом
Я б пошел за тобой озорным скоморохом базарным
Промышляя красивые вещи для тебя грабежом.
Я баюкал ладони твои в своих огрубевших ладонях,
И Варшавский вокзал был, как церковь, угрюм и суров.
Жизнь моя лишь дорога, вернее погоня
Мимо сонных улыбок влюбленных в тебя фраеров.
Может песня моя прочих песен была незаметней
Может сердце мое слишком громко стучит по ночам
Все равно я доволен отслуженной мною обедней
И одно остается, едри ее в душу, печаль.
Я стоял на дощатом перроне,
свисток паровозный, как выстрел.
И слова, я поверил им этим последним словам
И запомнил тот вечер, до последней отрывистой мысли
И запомнил те руки, которым я след от кольца целовал.
Эти годы пройдут, но останется память,
Дым костра обернется сединой на висках,
К своему карабину морозом припаян
Я, солдат, часовой под шифрованной кличкой «весна».
Я — весна! Я — весна, я дыхание лопнувших почек,
Я весна, мне озябшие руки у рта не согреть,
Две недели провел я в мрачнейшей из одиночек
На посту номер сорок, на мигуньской горе.
Заезжал лейтенант, по морозу, в мундире нарядном
Обмотав над локтем алый, крови краснее лоскут,
Я докладывал хрипло: «На объекте — порядок»
Убирал ото рта и прикладывал руку к виску.
Она ходила в туфлях тоненьких
По небороненной земле
Нам вслед глядели бесконвойники
И улыбались, глядя вслед.
Она ко мне на вышку лазила
Пожрать носила, что могла
А лейтенант прогнать приказывал
И я ее оттуда гнал
Она не требовала нежности
Она не требовала слов
Вот так живет средь всякой нечисти
Ну что с ней сделаешь! Любовь!
Мы топтали ягоду-малину
На ночных маневрах в Вожаели
Бабы, как в войну за нас молились
Как в войну, солдат они жалели
Лейтенант был цириком и трусом
Но вперед бежал не пригибаясь
И победа доставалась русским
И враги бесславно погибали
Холостые щелкали патроны
Холостые бухали гранаты
Эту ночь запомнил я подробно.
А наутро хмурые солдаты
Боевые получив патроны
За спину закинув карабины
Отправлялись на посты по тропам
А Фролова на посту. убили
Мы стояли молча у могилы
Нас не грели серые шинели
Бабы, как в войну за нас молились
Как в войну солдат они жалели.
***
Мне часто снится асфальт под ливнем
Он стал рекою, в нем тонут звезды
Я вспоминаю дома и лифты
Я вспоминаю пока не поздно
Твой взгляд последний, мной непонятый
И воротник плаща приподнятый
Еще окурок у порога
И бесконечную мою дорогу.
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+
А жизнь вокзал а годы поезда перрон
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Научите меня расставаться,
Поезда, самолеты, вокзалы.
Ах не надо, не надо бояться,
Что любви в жизни выпадет мало.
Все равно мы вернемся другими,
Что гадать на бессмысленной гуще.
Мы и раньше не слыли святыми,
Да и ждут нас не райские кущи.
Уезжаем и просто уходим,
Оседаем в глухих полустанках.
И взлетаем, и падаем оземь,
И все пишем в истертых тетрадках:
Мол, не надо, не надо бояться,
Что любви в жизни выпадет мало.
Что же делать? Мы не домочадцы
И об этом грустить не пристало.
Но все чаще бессонные ночи,
Зыбкий пепел, огонь сигареты.
И стихи просто так, между прочим,
Но не надо, не надо об этом.
Крик времени, застрявшего в колесах
Несущихся по жизни поездов,
Услышать, без сомнения, непросто,
Ведь в нем не разобрать понятных слов.
А время все кричит, но мы не слышим,
Не видим танца новых летних звезд.
У каждого свой путь, который вышит
Движением ржавеющих колес.
Нас время поездом уносит,
От той поры, где полон солнцем день,
Где счастье каждый миг приносит,
Где грусть легка, как быстрой птицы тень!
Пропал вдали туманной, зыбкой
Тот полустаночек простой,
Где, с виноватою улыбкой,
Сошел отец, взмахнув рукой.
За ним, не поборов страданья,
В слезах сошла старушка-мать.
На станционные названья
Мы чаще стали взор бросать.
А секунды – тик-так…
А колёса – тук-тук –
Мой плацкартный обжитый мирок
По маршруту судьбы
В ритме встреч и разлук
Катит в точку схожденья дорог…
И уже далеко
Позади полпути,
И осенний пейзаж за окном…
Сколько было “люблю”,
Ещё больше – “прости”,
И уже ничего – “на потом”.
Проводник молчалив,
Истрепался билет,
И когда мне сходить – кто бы знал…
И тошнит от того,
Что затянут сюжет,
И примерно просчитан финал.
Я стою у окна,
А за ним – как кино:
Чья-то жизнь… только я – стороной.
Вроде нечего ждать,
Ну, а я всё равно
Так надеюсь на встречу с тобой.
Тормознет машинист –
Остановка. Перрон.
Ты пройдёшь по нему как весна,
И билет совпадёт –
Тот же рейс и вагон,
Я один, и ты тоже одна.
И всё будет не так,
Как у прочих людей,
Тех, что вместе случайность свела –
Улыбнёшься и скажешь
Без всяких затей:
Как же долго тебя я ждала…
И я сразу поверю,
Что ты – это ты…
На ошибку и времени нет,
И ослепнет мой мир
От твоей красоты,
И окрасится в солнечный цвет.
Вот тогда и пойму –
Почему и зачем
Поезд мой никуда не спешил,
Просто это тепло
Твоих рук и колен
Я до этого не заслужил…
Куда уходят поезда?
Мы их спросить не успеваем.
Они порой спешат туда,
Где мы с тобой не побываем.
Стучат колеса мимо нас
И жизнь вагонная уносит.
А предъявить билет сейчас
Нас проводник уже не просит.
Не сядем мы с тобой в купе
И не уснем под стук колесный.
Я так тоскую по тебе,
А ты стоишь, такой серьезный.
Мы разбежимся кто куда.
Налево ты,а я направо.
С тобой мы словно поезда,
Ведущие свои составы.
Я хочу довести до вашего сведения,
Пассажиры в грохочущем поезде лет,
Что на карте не значится
Станция следования,
До которой вы взяли плацкартный билет.
Установлено точно в ходе обследования:
Этой станции —
«Юность Вторая» —
Нет.
Я хочу довести до вашего сведения,
Что напрасно вы первую юность свою
Проворонили, будто бы дурни последние,
И, к прискорбию, в вас
Я себя узнаю.
Я хочу довести до вашего сведения
То, что далее — станции «Старость» и «Смерть»,
Но бессмертье сомнительно исповедуя,
Вы не хочете этого предусмотреть.
Я хочу довести до вашего сведения
То, что если у вас,
Господа,
В багаже
Груз прогнивший и лишь анекдотики свеженькие,
Вы до станции «Смерть»
Докатились уже.
Я хочу довести до вашего сведения
То, что годы вас всех,
Не чихнув,
Поглотят —
Только бледные курицы,
Вами съеденные,
Вслед за поездом
Призраками полетят.
Сколько в поезде едет тревог,
Сколько радости едет и горя.
Бесконечность железных дорог
Протянулась от моря до моря.
Но у каждого где-то в пути
Есть одно станционное зданье,
Где ты жил, где ты должен сойти,
Где ты детству назначил свиданье.
