Конец света 2013. Апокалипсис по-голливудски
США | 2013 г. | 107 мин. | комедия, фэнтези
Рейтинг:
Кинопоиск 6,21 IMDb 6,7
Страна:
Длительность:
Режиссер фильма «Конец света 2013. Апокалипсис по-голливудски»:
Актеры фильма «Конец света 2013. Апокалипсис по-голливудски»:
Содержание фильма «Конец света 2013. Апокалипсис по-голливудски»:
Шесть знаменитостей Лос-Анджелеса застряли в доме Джеймса Франко после разрушительного апокалипсиса…
Джей Баручел прибывает в Лос-Анджелес, чтобы навестить старого друга и коллегу канадского актера Сета Рогена, который приглашает его на новоселье, устроенное Джеймсом Франко. Там Джей чувствует себя неуютно на многолюдной вечеринке, поэтому Сет сопровождает его в магазин, где внезапно падают лучи синего света и засасывают множество людей в небо, побуждая Сета и Джея бежать обратно в дом Джеймса. Затем происходит землетрясение, и толпа выбегает наружу, наблюдая, как во дворе Джеймса открывается провал в грунте. Несколько знаменитостей убиты, Сет, Джей, Джеймс, Джона Хилл и Крейг Робинсон бегут обратно в дом, где Джей говорит оставшимся тусовщикам, что землетрясение разрушило большую часть Лос-Анджелеса. Затем они проводят инвентаризацию своих припасов, устанавливают систему рациона, обустраивают дом и ждут помощи.
На следующее утро Дэнни Макбрайд просыпается первым и тратит большую часть еды и воды группы из-за своего незнания кризиса. Он не верит тому, что другие говорят ему о событиях прошлой ночи, пока человек снаружи не обезглавлен невидимым существом. Напряжение возрастает из-за различных конфликтов. Эмма Уотсон возвращается в дом Джеймса, но из-за недоразумения считает, что группа планирует изнасиловать ее, и уходит с оставшимися напитками.
Крейг идет за водой, хранящейся в подвале Джеймса, но встречает неизвестное существо, заставляя его поверить в теорию Джея. На Сета и Джеймса нападает одержимый Иона, но Джей и Крейг подчиняют Иону и связывают его. Во время попытки экзорцизма Джей и Сет сражаются и опрокидывают свечу, в результате чего возникает пожар, который охватывает Иону и дом и вынуждает остальных выйти наружу.
Джеймс предлагает поехать к себе домой в Малибу, Калифорния. На пути к Малибу, они сталкиваются с каннибалами во главе с Дэнни. Джей хватает Сета за руку, но его присутствие мешает им подняться на Небеса; Сет вынуждает Джея оставить его, после чего вокруг Сета появляется еще один луч. Пара наконец прибывает на Небеса, где они воссоединяются с Крейгом, который говорит им, что любое желание сбывается.
Фото фильма «Конец света 2013. Апокалипсис по-голливудски»:
Сет Роген и Ивэн Голдберг, актеры комедий, режиссёры, сценаристы, создатели фильма «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски»: «Мы снимаем все»
19 сентября на российские широкие экраны выходит очередная голливудская комедия с пометкой «18+». На экране шутки ниже пояса и голливудские звезды в больших количествах. Это будет «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски». В ленте Голливуд будет смеяться сам над собой…
В качестве режиссеров и продюсеров ленты выступили известные в Голливуде комедийные актеры Сет Роген и Ивэн Голдберг. Сегодня они раскрывают секреты съемки, рассказывая не только о том, как из актера превратиться в режиссера, но и как заставить голливудских звезд ранга, например, Эммы Уотсон, быть смешными в кадре.
– Почему вы решили снять фильм о конце света?
Сет Роген: Это лента для фанатов кино. На протяжении последних лет была тонна фильмов об апокалипсисе. По-моему, из-за этих всех майя конец света постоянно в головах людей. Начиная с «Дня независимости» и даже раньше – с фильма «Человек Омега» (Американский фантастический постапокалиптический фильм 1971 года режиссёра Бориса Сагала. – Прим. автора.) – со времен «Сумеречной зоны» (Американский телевизионный сериал, первые части вышли в 1959-1964 годах. – Прим. автора.) всякие апокалиптические темы переносятся на пленку. Для нас это стало идеей, над которой мы работали семь лет.
– Вы нервничали на съемочной площадке из-за того, что впервые выступали в роли режиссера?
Ивэн Голдберг: Это было невероятно захватывающе.
Сет Роген: В первый день на съемочной площадке мы так волновались, что закончили на три часа раньше! Самый большой страх режиссера – что ты не сможешь собрать все воедино. Мне понадобилась неделя, чтобы перестать думать об этом и сосредоточиться на результате.
Вначале я был слишком сосредоточен на том, что я продюсер.Работа продюсера и работа режиссера противоречат друг другу. Как режиссер ты просишь все больше и больше, а продюсер – реалист.
В итоге мы отсняли материала больше, чем использовали. Очевидно, так получилось благодаря странной трансформации в мозгу, позволившей двигаться дальше: «О! Это не моя работа волноваться, успеем ли мы вовремя. Моя работа – просто получить весь материал, необходимый, чтобы собрать хороший фильм, а думать о сроках – это работа других людей».
– Когда началась работа над фильмом, были у вас какие-то страхи относительно выбранного акопаликтического направления?
Ивэн Голдберг: Нет, по этому поводу – нет.
Сет Роген: Ну, был, конечно, со стороны аргумент, мол, почему мы выбрали такой сложный фильм в качестве своего первого фильма.
Ивэн Голдберг: Например, «Вы всегда были известны как мастера разговорного жанра, такие смешные парни, почему бы вам и не придерживаться этого?».
Ивэн Голдберг: Да, погрузиться в этот мир всяких визуальных спецэффектов, VFX (Технологический прием для визуализации сцен, которые невозможно снять обычным способом. – Прим. автора.) – это тяжелая вещь. Мы никогда не делали такие спецэффекты.
Сет Роген: Мы даже никогда не видели, как их делают.
Ивэн Голдберг: Было несколько сцен в фильме «Зеленый шершень».
– В вашем фильме много звезд, играющих самих себя. Можете ли вы назвать какие-то черты, которые вы усилили в их характере в фильме, чтобы они были забавными?
Сет Роген: Мы шли как в направлении ожиданий публики, так и от противного. Например, с Джеймсом Франко: его люди отчасти воспринимают как человека, претендующего на тонкий вкус, человека искусства и всякое такое. Вот на этом мы и играли. С Джоном Хиллом мы фактически пошли в противоположном направлении. Он известен своими агрессивными персонажами, которые проявляют настойчивость и в некотором роде они саркастические. Мы ему именно так все в сценарии и прописали сначала. Но потом он сказал: «Я хочу быть полной противоположностью!»
Сет Роген: Он предложил: «А что, если я – такой самый хороший парень в мире, буквально самый замечательный и положительный парень, какого вы могли бы вообразить, такой всех поддерживающий»… и предстает с совсем другой стороны. Так мы и сделали. Это был образ от противного. С Дэнни МакБрайд мы играли на том, что его воспринимают как пьянчугу и неудачника.
Ивэн Голдберг: Хотя на самом деле он состоит в счастливом браке, он замечательный отец, который увлекается фотографией.
Сет Роген: Совершенно верно. Он совершенно другой в реальной жизни.
Ивэн Голдберг: Он даже не южанин…
Сет Роген: Но изображает то, что от него в некоторой степени и ожидаете. Что касается Джей Барушель, я думаю, что люди не очень-то хорошо его знают. Это мы и использовали в фильме, это стало своего рода основой для юмора: Джей немного менее известен, чем остальные из нас. Это часть фильма: он приезжает ко мне в гости, и я тащу его к парням, которых он не любит, но с которыми дружу я. Мы пытались использовать как определенную фишку то, что и в реальности люди почти ничего не знают о Джей. Ведь вы, как правило, не связываете его со светской жизнью Голливуда.
Крейг Робинсон, вероятно, имеет самый изменчивый образ.
Ивэн Голдберг: Мы прописали его образ, ему понравилось, и мы сняли это. Я не говорю, что он не импровизировал, потому что за него все сделали. Я говорю о том, что его характер обладает заданной динамикой.
Сет Роген: Он действительно самый традиционный персонаж в фильме, так как его личность развивается: из очень эгоистичного и не очень полезно парня он превращается в хорошего человека. Мы использовали некоторые реальные вещи из характера и жизни Крейга. Он играет на фортепьяно, и мы видим, что он играет на фортепьяно в кино, и он поет, но мы в большей степени сфабриковали эту личность.
Сет Роген: Со мной все просто, я такой, каким вы и ожидаете меня увидеть.
Ивэн Голдберг: Это очень простой способ создания персонажа: он просто в десять раз тупее, чем на самом деле. В каждой ситуации, с которой сталкивается, он делает неправильный выбор.
Сет Роген: Мы были своего рода «определяющими» ситуацию, ведь из-за нас все эти люди собрались вместе, чтобы работать над фильмом. Я тот человек, который ближе всего ко всем. Иона и Дэнни никогда не работали вместе, даже не знали друг друга, и это хорошо. Крейг и Иона никогда не работали вместе. Джей и Франко, я думаю, даже не встречались друг с другом.
Ивэн Голдберг: Хотя большинство из них находятся на вершине славы!
Сет Роген: Да, это так и есть. Но я единственный, кто работает в тесном сотрудничестве со всеми ребятами. Я будто застрял между ними всеми, меня все тянут в разные стороны, и я не могу определиться, на чьей стороне.
– Был ли кто-то, кто не захотел в чем-то исполнять ваши пожелания?
Ивэн Голдберг: Такого не было. Мы просто диктовали, а они делали. Франко напомнил Джею придуманную же им самим шутку, и затем Крэйг добавит что-то,чтобы она была смешнее, а потом мы все останавливаемся на шутке, которую сказал Крэйг. Это была такая красивая картина непрерывного кинопроизводства.
Сет Роген: Если честно, парни и не нуждались в большом количестве наставлений. Было буквально несколько моментов, когда начинали им говорить: «А мог бы ты быть более эмоциональными? Это нужно для лучшей передачи шутки…». Или – «Здесь мы хотим от вас видеть такие-то эмоции». Такого было очень мало.
Ивэн Голдберг: Из-за того, что все они комики, многие люди даже не представляют, насколько они великие актеры. В то же время в фильме много комиков, которые при этом совсем не актеры..
– Эмма Уотсон и Рианна – одна из самых захватывающих персонажей фильма. Однако они совсем не комедийные актеры. Как они все это делали?
Ивэн Голдберг: Заполучить Эмму было очень трудно! Но мы очень хотели, чтобы она была в фильме. Мы видели фильмов о Гарри Поттере, и все они нам понравились. И мы знали, что если она могла сделать все эти штучки в фильмах, она справится! Мы приготовили шутки, на тот случай, если она не захочет сама импровизировать, но они не понадобились. То же самое с Рианной.
Сет Роген: Мы предоставляем людям шутки, если они не могут придумать их самостоятельно, но говорим, что все в конечном счете могут придумать и собственное.
Детально о кинофильме «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски»
О фильме
«Что если вы с друзьями оказались запертыми в доме, когда вокруг рушится мир?» спрашивает Сет Роген и вместе с Ивэном Голдбергом, вторым режиссером и соавтором сценария, отвечает на этот вопрос в их новой комедии «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски».
Фильм «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски» стал режиссерским дебютом Рогена и Голдберга, которые постарались создать для себя максимально комфортные условия – они снимали его в компании лучших друзей. Герои фильма, шестеро приятелей, которых играли Джеймс Франко, Джона Хилл, Сет Роген, Джей Барушель, Дэнни МакБрайд и Крэйг Робинсон, оказались в ловушке в доме Джеймса Франко, когда мир вокруг доживал свои последние минуты. И это не очередное землетрясение в Калифорнии – речь идет о самом настоящем, библейском конце света.
Играть самого себя – непростая задача, даже для номинанта на «Оскар». Как говорит Хилл: «Мне никогда не было так трудно ухватить образ, как когда я играл самого себя».
К проекту комедии о конце света подключилась компания Mandate Pictures, и в итоге было решено, что Роген и Голдберг разрабатывают идею, пишут сценарий и дебютируют в качестве режиссеров.
Актёрский состав
«Надеюсь, все понимают, что выставляя самих себя в таком чудовищном свете, мы здорово рискуем. – говорит Хилл. – Ведь актеры – легкая мишень для насмешек. Поэтому, я думаю, полезно продемонстрировать открытость, чувство юмора и не слишком серьезное отношение к себе. Мой персонаж – настоящий придурок, такая сверх-пафосная версия меня самого. Вот почему я решил, что он должен носить эту бриллиантовую сережку – это часть образа именитого актера, который все мы создаем».
Сет Роген утверждает, что его персонаж вовсе не так прост, как кажется: «Он производит впечатление хорошего парня, но на самом деле, он просто пытается всем понравиться – он абсолютно лживый и двуличный. Он беспринципен – всегда говорит то, что от него хотят услышать и пытается всех использовать в своих интересах. Определенно он наименее смешной персонаж в фильме. Все остальные так или иначе начинают чудить по ходу действия, и я бы тоже предпочел сыграть смешного парня, но именно мне была предназначена роль этой ментальной шлюхи».
По словам Дэнни МакБрайда, он слышал, что Роген и Голдберг собираются снимать этот фильм, но сама идея показалась ему настолько безумной, что он не сразу поверил в возможность ее воплощения. «Поэтому, когда они мне позвонили и сказали, что действительно готовы это осуществить и, более того, уже согласовали расписание, так чтобы и остальные смогли присоединиться, я понял, что не могу это пропустить».
Насколько персонаж Дэнни Макбрайд похож на реального Дэнни МакБрайда? «В жизни я женатый человек и у меня есть ребенок. В фильме я просыпаюсь в ванне и много курю. В общем, немного отличаюсь».
Если другие персонажи представляют собой ухудшенные версии самих актеров, то на своего героя Барушель смотрит иначе: «Думаю, я воплощаю собирательный образ кинозрителя. Мой персонаж язвителен и не питает особой симпатии к шоу-бизнесу. Можно сказать, это голос разума, но он еще и жуткий зануда. Не хотелось бы говорить, что мой персонаж лучше других, но придется. Я из Монреаля, а потому изначально праведнее всех вас».
О своих партнерах Барушель говорит: «Не уверен, что можно найти шесть актеров с разным характером и разной энергетикой, но так как все мы хорошо знаем друг друга, мы неплохо спелись. По-моему, что результат получился забавным».
Однако есть и кое-что общее: «Я действительно иногда несу страшную ахинею, признает Крэйг. – Там, где я сижу за пианино и пою ‘Take Yo Panties Off’ – это истинный я».
Фильм начинается с вечеринки в доме у Джеймса Франко, а на вечеринке у Джеймса Франко по определению полно знаменитостей. Само собой, именно в этот момент и начинается Апокалипсис, в котором суждено погибнуть большинству голливудских звезд. «Мартин Старр и Дэвид Крамхолц – мои старые друзья. Кевин Харт – я всю жизнь его знала. Минди Калинг. Рианна. Мне нравилось с ними работать, но мы их всех убили. Всех до одного. Никто не выжил».
Детали
Роген и Голдберг собрали все, что имело отношение к их теме, чтобы донести до продюсеров свою идею, которая лежала в русле скорее постапокалиптического триллера, чем традиционных комедий, принесших им известность.
Трост раньше уже работал со студией Execs над фильмом «Призрачный гонщик 2», и его операторская работа произвела сильное впечатление на Рогена с Голдбергом.
«Сет и Ивэн серьезно подготовились, продолжает Трост. – У них была целая кипа материалов, рисунков, роликов – домашнюю работу они сделали на пять. Когда мы обсуждали визуальное решение, о комедиях вообще не шла речь. И когда видишь результат, понимаешь, что это само по себе очень смешно».
Дизайнером декораций стал Крис Спэллман, художник-постановщик фильма. Просматривая короткометражку, которую Роген и Голдберг сняли когда-то вместе с Джейсоном Стоуном, Спэллман замечает: «Эти кадры производят клаустрофобическое, почти тюремное впечатление. Думаю, мы все хотели сохранить этот эффект в нашем новом фильме».
Спэллман и компания нашли остроумное решение главной проьлемы – фильм надо было снимать или в хронологической последовательности, что осложнялось графиком съемок шести актеров, которые были заняты в других проектах, или найти способ «перемещаться во времени» между разрушенным состоянием и состоянием до землетрясения. Понятно, что второе было предпочтительней, но как это сделать? «После землетрясения образовалась гигантская трещина, и дом разошелся по швам, говорит Спэллман. – Можно было демонтировать разломанные части стен и ставить на их место целые. Так мы меняли три стены дома – вынимали одну панель и ставили на ее место другую, а потом художники соответствующим образом ее оформляли. У нас было два набора красок и два набора мебели – «до» и «после» катастрофы».
Спеллман и его команда построили еще и самый настоящий магазин. «По сценарию в него врезается машина, мы установили все полки и холодильники, которые должны были падать во время землетрясения, прорезали дыры в потолке, через которые в магазин падали люди. Это было непростое дело».
Сет Роген и Ивэн Голдберг, актеры комедий, режиссёры, сценаристы, создатели фильма «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски»: «Мы снимаем все»
19 сентября на российские широкие экраны выходит очередная голливудская комедия с пометкой «18+». На экране шутки ниже пояса и голливудские звезды в больших количествах. Это будет «Конец света 2013: Апокалипсис по-голливудски». В ленте Голливуд будет смеяться сам над собой…
В качестве режиссеров и продюсеров ленты выступили известные в Голливуде комедийные актеры Сет Роген и Ивэн Голдберг. Сегодня они раскрывают секреты съемки, рассказывая не только о том, как из актера превратиться в режиссера, но и как заставить голливудских звезд ранга, например, Эммы Уотсон, быть смешными в кадре.
– Почему вы решили снять фильм о конце света?
Сет Роген: Это лента для фанатов кино. На протяжении последних лет была тонна фильмов об апокалипсисе. По-моему, из-за этих всех майя конец света постоянно в головах людей. Начиная с «Дня независимости» и даже раньше – с фильма «Человек Омега» (Американский фантастический постапокалиптический фильм 1971 года режиссёра Бориса Сагала. – Прим. автора.) – со времен «Сумеречной зоны» (Американский телевизионный сериал, первые части вышли в 1959-1964 годах. – Прим. автора.) всякие апокалиптические темы переносятся на пленку. Для нас это стало идеей, над которой мы работали семь лет.
– Вы нервничали на съемочной площадке из-за того, что впервые выступали в роли режиссера?
Ивэн Голдберг: Это было невероятно захватывающе.
Сет Роген: В первый день на съемочной площадке мы так волновались, что закончили на три часа раньше! Самый большой страх режиссера – что ты не сможешь собрать все воедино. Мне понадобилась неделя, чтобы перестать думать об этом и сосредоточиться на результате.
Вначале я был слишком сосредоточен на том, что я продюсер.Работа продюсера и работа режиссера противоречат друг другу. Как режиссер ты просишь все больше и больше, а продюсер – реалист.
В итоге мы отсняли материала больше, чем использовали. Очевидно, так получилось благодаря странной трансформации в мозгу, позволившей двигаться дальше: «О! Это не моя работа волноваться, успеем ли мы вовремя. Моя работа – просто получить весь материал, необходимый, чтобы собрать хороший фильм, а думать о сроках – это работа других людей».
– Когда началась работа над фильмом, были у вас какие-то страхи относительно выбранного акопаликтического направления?
Ивэн Голдберг: Нет, по этому поводу – нет.
Сет Роген: Ну, был, конечно, со стороны аргумент, мол, почему мы выбрали такой сложный фильм в качестве своего первого фильма.
Ивэн Голдберг: Например, «Вы всегда были известны как мастера разговорного жанра, такие смешные парни, почему бы вам и не придерживаться этого?».
Ивэн Голдберг: Да, погрузиться в этот мир всяких визуальных спецэффектов, VFX (Технологический прием для визуализации сцен, которые невозможно снять обычным способом. – Прим. автора.) – это тяжелая вещь. Мы никогда не делали такие спецэффекты.
Сет Роген: Мы даже никогда не видели, как их делают.
Ивэн Голдберг: Было несколько сцен в фильме «Зеленый шершень».
– В вашем фильме много звезд, играющих самих себя. Можете ли вы назвать какие-то черты, которые вы усилили в их характере в фильме, чтобы они были забавными?
Сет Роген: Мы шли как в направлении ожиданий публики, так и от противного. Например, с Джеймсом Франко: его люди отчасти воспринимают как человека, претендующего на тонкий вкус, человека искусства и всякое такое. Вот на этом мы и играли. С Джоном Хиллом мы фактически пошли в противоположном направлении. Он известен своими агрессивными персонажами, которые проявляют настойчивость и в некотором роде они саркастические. Мы ему именно так все в сценарии и прописали сначала. Но потом он сказал: «Я хочу быть полной противоположностью!»
Сет Роген: Он предложил: «А что, если я – такой самый хороший парень в мире, буквально самый замечательный и положительный парень, какого вы могли бы вообразить, такой всех поддерживающий»… и предстает с совсем другой стороны. Так мы и сделали. Это был образ от противного. С Дэнни МакБрайд мы играли на том, что его воспринимают как пьянчугу и неудачника.
Ивэн Голдберг: Хотя на самом деле он состоит в счастливом браке, он замечательный отец, который увлекается фотографией.
Сет Роген: Совершенно верно. Он совершенно другой в реальной жизни.
Ивэн Голдберг: Он даже не южанин…
Сет Роген: Но изображает то, что от него в некоторой степени и ожидаете. Что касается Джей Барушель, я думаю, что люди не очень-то хорошо его знают. Это мы и использовали в фильме, это стало своего рода основой для юмора: Джей немного менее известен, чем остальные из нас. Это часть фильма: он приезжает ко мне в гости, и я тащу его к парням, которых он не любит, но с которыми дружу я. Мы пытались использовать как определенную фишку то, что и в реальности люди почти ничего не знают о Джей. Ведь вы, как правило, не связываете его со светской жизнью Голливуда.
Крейг Робинсон, вероятно, имеет самый изменчивый образ.
Ивэн Голдберг: Мы прописали его образ, ему понравилось, и мы сняли это. Я не говорю, что он не импровизировал, потому что за него все сделали. Я говорю о том, что его характер обладает заданной динамикой.
Сет Роген: Он действительно самый традиционный персонаж в фильме, так как его личность развивается: из очень эгоистичного и не очень полезно парня он превращается в хорошего человека. Мы использовали некоторые реальные вещи из характера и жизни Крейга. Он играет на фортепьяно, и мы видим, что он играет на фортепьяно в кино, и он поет, но мы в большей степени сфабриковали эту личность.
Сет Роген: Со мной все просто, я такой, каким вы и ожидаете меня увидеть.
Ивэн Голдберг: Это очень простой способ создания персонажа: он просто в десять раз тупее, чем на самом деле. В каждой ситуации, с которой сталкивается, он делает неправильный выбор.
Сет Роген: Мы были своего рода «определяющими» ситуацию, ведь из-за нас все эти люди собрались вместе, чтобы работать над фильмом. Я тот человек, который ближе всего ко всем. Иона и Дэнни никогда не работали вместе, даже не знали друг друга, и это хорошо. Крейг и Иона никогда не работали вместе. Джей и Франко, я думаю, даже не встречались друг с другом.
Ивэн Голдберг: Хотя большинство из них находятся на вершине славы!
Сет Роген: Да, это так и есть. Но я единственный, кто работает в тесном сотрудничестве со всеми ребятами. Я будто застрял между ними всеми, меня все тянут в разные стороны, и я не могу определиться, на чьей стороне.
– Был ли кто-то, кто не захотел в чем-то исполнять ваши пожелания?
Ивэн Голдберг: Такого не было. Мы просто диктовали, а они делали. Франко напомнил Джею придуманную же им самим шутку, и затем Крэйг добавит что-то,чтобы она была смешнее, а потом мы все останавливаемся на шутке, которую сказал Крэйг. Это была такая красивая картина непрерывного кинопроизводства.
Сет Роген: Если честно, парни и не нуждались в большом количестве наставлений. Было буквально несколько моментов, когда начинали им говорить: «А мог бы ты быть более эмоциональными? Это нужно для лучшей передачи шутки…». Или – «Здесь мы хотим от вас видеть такие-то эмоции». Такого было очень мало.
Ивэн Голдберг: Из-за того, что все они комики, многие люди даже не представляют, насколько они великие актеры. В то же время в фильме много комиков, которые при этом совсем не актеры..
– Эмма Уотсон и Рианна – одна из самых захватывающих персонажей фильма. Однако они совсем не комедийные актеры. Как они все это делали?
Ивэн Голдберг: Заполучить Эмму было очень трудно! Но мы очень хотели, чтобы она была в фильме. Мы видели фильмов о Гарри Поттере, и все они нам понравились. И мы знали, что если она могла сделать все эти штучки в фильмах, она справится! Мы приготовили шутки, на тот случай, если она не захочет сама импровизировать, но они не понадобились. То же самое с Рианной.
Сет Роген: Мы предоставляем людям шутки, если они не могут придумать их самостоятельно, но говорим, что все в конечном счете могут придумать и собственное.
