30 дней ночи
Ghost House Pictures
Columbia Pictures
Dark Horse Entertainment
«30 дней ночи» (англ. 30 Days of Night ) — фильм ужасов, основанный на одноимённой серии комиксов. Режиссёром фильма выступил Дэвид Слейд. В главных ролях сыграли Джош Хартнетт и Мелисса Джордж. Релиз кинокартины состоялся 19 октября 2007 года в США и 1 ноября в Великобритании. В 2010 году вышел сиквел фильма — «30 дней ночи: Тёмные дни».
Содержание
Сюжет
В небольшом городке Барроу, находящемся на самом севере Аляски, люди готовятся к «тридцати дням ночи» — зимнему периоду, когда солнце не восходит в течение месяца. Этой возможностью пользуются вампиры, которые нападают на город, не опасаясь быть уничтоженными скорым рассветом…
В городке по велению случая оказывается любимая шерифа Эбена Олесона (Джош Хартнетт). Благородство последнего (Эбена) становится той самой спасительной соломинкой, которая спасает тех, кто выжил в неравной битве с вампирами-убийцами. Эбен добровольно принес жертву ради любимой и всех тех, кто выжил.
В ролях
|
Награды
Фильм был удостоен 9 номинаций, среди которых была номинация на лучший фильм ужасов.
30 дней ночи
Стив Найлз
Стюарт Битти
Брайан Нельсон
США 
США
Новая Зеландия 
Новая Зеландия
К:Фильмы 2007 года
«30 дней ночи» (англ. 30 Days Of Night ) — американский фильм ужасов, основанный на одноимённой серии комиксов. Режиссёром фильма выступил Дэвид Слэйд, а главные роли исполнили Джош Хартнетт, Мелисса Джордж и Дэнни Хьюстон. Действие происходит в небольшом городке на Аляске, на который с началом 30-дневной полярной ночи нападает банда кровожадных вампиров.
Содержание
Сюжет
В небольшом городке Барроу, находящемся на самом севере Аляски, люди готовятся к «тридцати дням ночи» — зимнему периоду, когда солнце не восходит в течение месяца.
Однажды в Барроу прибывает незнакомец, в целях огородить жителей городка от внешнего мира, он сжигает телефоны, убивает собак и ломает транспортные средства. В это время шериф Эбен Олесон со своим напарником Билли Китка расследуют происшествие, в то время как его возлюбленная Стелла собирается уехать из города, но не успевает попасть на рейс. Вскоре, Эбен находит и арестовывает незнакомца в закусочной Люси, не без помощи Стеллы, которая вернулась в город. Однако жители городка начинают погибать одним за другим. В полицейском участке, незнакомец сообщает Эбену, что в город придут те, ради кого он и совершал преступления, чтобы стать одним из них.
На последний день до рассвета, вампиры сжигают город, чтобы никто не узнал о них правду. Однако Стелла вместе с ребенком, спрятавшиеся под машиной на улице, оказываются в ловушке, чтобы спасти их, Эбен обращает себя в вампира с помощью крови Билли. Выйдя наружу, Эбен вступает в схватку с лидером вампиров и в жестокой битве убивает его, лишившись лидера, вампиры отступают. В этот момент Стелла видит, что Эбен обратил себя, однако «30 дней ночи» подошли к концу и небо начинает светать. Эбен и Стелла встречают рассвет вместе и на восходе солнце он умирает на руках любимой.
Благородство Эбена становится той самой спасительной соломинкой, которая спасает тех, кто выжил в неравной битве с вампирами-убийцами. Эбен добровольно принес жертву ради любимой и всех тех, кто выжил.
В ролях
|
Производство
Начальный этап
Сценарий
Съёмки
Музыка
Релиз
Кассовые сборы
Критика
Награды
В 2008 году фильм удостоился номинаций от нескольких известных премий [27] :
Продолжения
Продукция
Выход на видео
Британский релиз картины во втором регионе состоял из двух дисков и был выпущен в апреле 2008 года. Хотя диск содержал ту же прокатную версию фильма, организация «BBFC» видео-изданию присвоила новый рейтинг «Детям до 18», вместо «Детям до 15». Издание содержало те же бонусы, но в коробку была вложена графическая новелла «30 дней ночи».
В 2008 году компания «Мьюзик-трейд» выпустила обычное [34] и упрощённое [35] издание фильма с полным дубляжом на русский язык. Обычное издание содержало русскую дорожку в формате Dolby Digital 5.1 и DTS 5.1, а также английскую дорожку Dolby Digital 2.0 с изображением в формате WideScreen 16:9 (1.78:1). Обычное издание было представлено видео в формате Standart 4:3 (1,33:1) и одной русской дорожкой Dolby Digital 2.1. Ни на одном из изданий бонусов не было.
Новеллизация
25 сентября 2007 года издательство «Pocket Star» выпустило роман-новеллизацию «30 дней ночи» (ISBN 978-1-4165-4497-5), написанный Тимом Леббоном (англ. Tim Lebbon ) [36] — это одна из шести книг, выпущенных в рамках франшизы.
Напишите отзыв о статье «30 дней ночи»
Примечания
Ссылки
Отрывок, характеризующий 30 дней ночи
В двенадцать часов ночи еще танцевали. Элен, не имевшая достойного кавалера, сама предложила мазурку Борису. Они сидели в третьей паре. Борис, хладнокровно поглядывая на блестящие обнаженные плечи Элен, выступавшие из темного газового с золотом платья, рассказывал про старых знакомых и вместе с тем, незаметно для самого себя и для других, ни на секунду не переставал наблюдать государя, находившегося в той же зале. Государь не танцевал; он стоял в дверях и останавливал то тех, то других теми ласковыми словами, которые он один только умел говорить.
При начале мазурки Борис видел, что генерал адъютант Балашев, одно из ближайших лиц к государю, подошел к нему и непридворно остановился близко от государя, говорившего с польской дамой. Поговорив с дамой, государь взглянул вопросительно и, видно, поняв, что Балашев поступил так только потому, что на то были важные причины, слегка кивнул даме и обратился к Балашеву. Только что Балашев начал говорить, как удивление выразилось на лице государя. Он взял под руку Балашева и пошел с ним через залу, бессознательно для себя расчищая с обеих сторон сажени на три широкую дорогу сторонившихся перед ним. Борис заметил взволнованное лицо Аракчеева, в то время как государь пошел с Балашевым. Аракчеев, исподлобья глядя на государя и посапывая красным носом, выдвинулся из толпы, как бы ожидая, что государь обратится к нему. (Борис понял, что Аракчеев завидует Балашеву и недоволен тем, что какая то, очевидно, важная, новость не через него передана государю.)
Но государь с Балашевым прошли, не замечая Аракчеева, через выходную дверь в освещенный сад. Аракчеев, придерживая шпагу и злобно оглядываясь вокруг себя, прошел шагах в двадцати за ними.
Пока Борис продолжал делать фигуры мазурки, его не переставала мучить мысль о том, какую новость привез Балашев и каким бы образом узнать ее прежде других.
В фигуре, где ему надо было выбирать дам, шепнув Элен, что он хочет взять графиню Потоцкую, которая, кажется, вышла на балкон, он, скользя ногами по паркету, выбежал в выходную дверь в сад и, заметив входящего с Балашевым на террасу государя, приостановился. Государь с Балашевым направлялись к двери. Борис, заторопившись, как будто не успев отодвинуться, почтительно прижался к притолоке и нагнул голову.
Государь с волнением лично оскорбленного человека договаривал следующие слова:
– Без объявления войны вступить в Россию. Я помирюсь только тогда, когда ни одного вооруженного неприятеля не останется на моей земле, – сказал он. Как показалось Борису, государю приятно было высказать эти слова: он был доволен формой выражения своей мысли, но был недоволен тем, что Борис услыхал их.
– Чтоб никто ничего не знал! – прибавил государь, нахмурившись. Борис понял, что это относилось к нему, и, закрыв глаза, слегка наклонил голову. Государь опять вошел в залу и еще около получаса пробыл на бале.
Борис первый узнал известие о переходе французскими войсками Немана и благодаря этому имел случай показать некоторым важным лицам, что многое, скрытое от других, бывает ему известно, и через то имел случай подняться выше во мнении этих особ.
Неожиданное известие о переходе французами Немана было особенно неожиданно после месяца несбывавшегося ожидания, и на бале! Государь, в первую минуту получения известия, под влиянием возмущения и оскорбления, нашел то, сделавшееся потом знаменитым, изречение, которое самому понравилось ему и выражало вполне его чувства. Возвратившись домой с бала, государь в два часа ночи послал за секретарем Шишковым и велел написать приказ войскам и рескрипт к фельдмаршалу князю Салтыкову, в котором он непременно требовал, чтобы были помещены слова о том, что он не помирится до тех пор, пока хотя один вооруженный француз останется на русской земле.
На другой день было написано следующее письмо к Наполеону.
«Monsieur mon frere. J’ai appris hier que malgre la loyaute avec laquelle j’ai maintenu mes engagements envers Votre Majeste, ses troupes ont franchis les frontieres de la Russie, et je recois a l’instant de Petersbourg une note par laquelle le comte Lauriston, pour cause de cette agression, annonce que Votre Majeste s’est consideree comme en etat de guerre avec moi des le moment ou le prince Kourakine a fait la demande de ses passeports. Les motifs sur lesquels le duc de Bassano fondait son refus de les lui delivrer, n’auraient jamais pu me faire supposer que cette demarche servirait jamais de pretexte a l’agression. En effet cet ambassadeur n’y a jamais ete autorise comme il l’a declare lui meme, et aussitot que j’en fus informe, je lui ai fait connaitre combien je le desapprouvais en lui donnant l’ordre de rester a son poste. Si Votre Majeste n’est pas intentionnee de verser le sang de nos peuples pour un malentendu de ce genre et qu’elle consente a retirer ses troupes du territoire russe, je regarderai ce qui s’est passe comme non avenu, et un accommodement entre nous sera possible. Dans le cas contraire, Votre Majeste, je me verrai force de repousser une attaque que rien n’a provoquee de ma part. Il depend encore de Votre Majeste d’eviter a l’humanite les calamites d’une nouvelle guerre.
Je suis, etc.
(signe) Alexandre».
[«Государь брат мой! Вчера дошло до меня, что, несмотря на прямодушие, с которым соблюдал я мои обязательства в отношении к Вашему Императорскому Величеству, войска Ваши перешли русские границы, и только лишь теперь получил из Петербурга ноту, которою граф Лористон извещает меня, по поводу сего вторжения, что Ваше Величество считаете себя в неприязненных отношениях со мною, с того времени как князь Куракин потребовал свои паспорта. Причины, на которых герцог Бассано основывал свой отказ выдать сии паспорты, никогда не могли бы заставить меня предполагать, чтобы поступок моего посла послужил поводом к нападению. И в действительности он не имел на то от меня повеления, как было объявлено им самим; и как только я узнал о сем, то немедленно выразил мое неудовольствие князю Куракину, повелев ему исполнять по прежнему порученные ему обязанности. Ежели Ваше Величество не расположены проливать кровь наших подданных из за подобного недоразумения и ежели Вы согласны вывести свои войска из русских владений, то я оставлю без внимания все происшедшее, и соглашение между нами будет возможно. В противном случае я буду принужден отражать нападение, которое ничем не было возбуждено с моей стороны. Ваше Величество, еще имеете возможность избавить человечество от бедствий новой войны.
(подписал) Александр». ]
Даву был Аракчеев императора Наполеона – Аракчеев не трус, но столь же исправный, жестокий и не умеющий выражать свою преданность иначе как жестокостью.
В механизме государственного организма нужны эти люди, как нужны волки в организме природы, и они всегда есть, всегда являются и держатся, как ни несообразно кажется их присутствие и близость к главе правительства. Только этой необходимостью можно объяснить то, как мог жестокий, лично выдиравший усы гренадерам и не могший по слабости нерв переносить опасность, необразованный, непридворный Аракчеев держаться в такой силе при рыцарски благородном и нежном характере Александра.
Балашев застал маршала Даву в сарае крестьянскои избы, сидящего на бочонке и занятого письменными работами (он поверял счеты). Адъютант стоял подле него. Возможно было найти лучшее помещение, но маршал Даву был один из тех людей, которые нарочно ставят себя в самые мрачные условия жизни, для того чтобы иметь право быть мрачными. Они для того же всегда поспешно и упорно заняты. «Где тут думать о счастливой стороне человеческой жизни, когда, вы видите, я на бочке сижу в грязном сарае и работаю», – говорило выражение его лица. Главное удовольствие и потребность этих людей состоит в том, чтобы, встретив оживление жизни, бросить этому оживлению в глаза спою мрачную, упорную деятельность. Это удовольствие доставил себе Даву, когда к нему ввели Балашева. Он еще более углубился в свою работу, когда вошел русский генерал, и, взглянув через очки на оживленное, под впечатлением прекрасного утра и беседы с Мюратом, лицо Балашева, не встал, не пошевелился даже, а еще больше нахмурился и злобно усмехнулся.
Заметив на лице Балашева произведенное этим приемом неприятное впечатление, Даву поднял голову и холодно спросил, что ему нужно.
Предполагая, что такой прием мог быть сделан ему только потому, что Даву не знает, что он генерал адъютант императора Александра и даже представитель его перед Наполеоном, Балашев поспешил сообщить свое звание и назначение. В противность ожидания его, Даву, выслушав Балашева, стал еще суровее и грубее.
– Где же ваш пакет? – сказал он. – Donnez le moi, ije l’enverrai a l’Empereur. [Дайте мне его, я пошлю императору.]
Балашев сказал, что он имеет приказание лично передать пакет самому императору.
– Приказания вашего императора исполняются в вашей армии, а здесь, – сказал Даву, – вы должны делать то, что вам говорят.
И как будто для того чтобы еще больше дать почувствовать русскому генералу его зависимость от грубой силы, Даву послал адъютанта за дежурным.
Балашев вынул пакет, заключавший письмо государя, и положил его на стол (стол, состоявший из двери, на которой торчали оторванные петли, положенной на два бочонка). Даву взял конверт и прочел надпись.
– Вы совершенно вправе оказывать или не оказывать мне уважение, – сказал Балашев. – Но позвольте вам заметить, что я имею честь носить звание генерал адъютанта его величества…
Даву взглянул на него молча, и некоторое волнение и смущение, выразившиеся на лице Балашева, видимо, доставили ему удовольствие.
– Вам будет оказано должное, – сказал он и, положив конверт в карман, вышел из сарая.
Через минуту вошел адъютант маршала господин де Кастре и провел Балашева в приготовленное для него помещение.
Балашев обедал в этот день с маршалом в том же сарае, на той же доске на бочках.
На другой день Даву выехал рано утром и, пригласив к себе Балашева, внушительно сказал ему, что он просит его оставаться здесь, подвигаться вместе с багажами, ежели они будут иметь на то приказания, и не разговаривать ни с кем, кроме как с господином де Кастро.
После четырехдневного уединения, скуки, сознания подвластности и ничтожества, особенно ощутительного после той среды могущества, в которой он так недавно находился, после нескольких переходов вместе с багажами маршала, с французскими войсками, занимавшими всю местность, Балашев привезен был в Вильну, занятую теперь французами, в ту же заставу, на которой он выехал четыре дня тому назад.
На другой день императорский камергер, monsieur de Turenne, приехал к Балашеву и передал ему желание императора Наполеона удостоить его аудиенции.
Четыре дня тому назад у того дома, к которому подвезли Балашева, стояли Преображенского полка часовые, теперь же стояли два французских гренадера в раскрытых на груди синих мундирах и в мохнатых шапках, конвой гусаров и улан и блестящая свита адъютантов, пажей и генералов, ожидавших выхода Наполеона вокруг стоявшей у крыльца верховой лошади и его мамелюка Рустава. Наполеон принимал Балашева в том самом доме в Вильве, из которого отправлял его Александр.
Несмотря на привычку Балашева к придворной торжественности, роскошь и пышность двора императора Наполеона поразили его.
