Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии: адрес, труппа, руководство, репертуар
Итальянская улица
В самом центре Петербурга раскинулась улица с «нерусским» названием – Итальянская. Она не самая большая в Питере, но тем не менее заслуживает отдельного упоминания – ведь именно на ней и находится театр музыкальной комедии СПБ.
Итальянская улица, соединяющая две набережных – канала Грибоедова и Фонтанки, – не всегда носила такое название. В конце девятнадцатого века ее именовали Большой Итальянской – а все потому, что там находился Итальянский дворец, построенный по итальянским образцам. С начала двадцатого века она получила нынешнее название, но уже через двадцать лет ее переименовали в честь комиссара Ракова, поскольку тот жил на ней недолгое время: подобная участь коснулась после революции многих улиц. Только в начале девяностых улица вновь стала Итальянской.
Дом на Итальянской
В самом конце XVIII века на Итальянской улице в СПБ появился доходный дом одного из преуспевавших питерских коммерсантов, построенный в стиле раннего классицизма. Через сорок лет он подвергся реконструкции – по проекту итальянского архитектора на здании возникли элементы, присущие стилю Ренессанса. Владели особняком потомки того самого коммерсанта до тех пор, пока после капитального ремонта в середине 1890-х годов его не купил Николай Николаевич – великий князь.
После большого пожара 1910 года дому пришлось несладко. Именно тогда его интерьеры переделали под помещения для театра, а затем, в декабре, в нем открылся «Палас-театр», где зрители имели возможность насладиться прекрасными опереттами. Проработал он не очень долго, всего десять лет, уступив место сначала театру комической оперы, а потом – «Мюзик-холлу» (где, кстати, работал и великий Утесов!).
Театр музыкальной комедии СПБ: начало
В первое время данный театр находился в здании Госнардома и носил его имя. А возник он благодаря слиянию двух коллективов – оперетты Ленинграда и музыкального театра Харькова. Дебютировала созданная труппа в сентябре 1929 года, и первое же представление снискало положительные отзывы. В середине тридцатых с театром стали сотрудничать известные российские композиторы, в их числе был и Исаак Дунаевский. В репертуаре театра появлялись все новые и новые оперетты.
В блокаду
Ни для кого не секрет, как тяжело пришлось Петербургу в Великую Отечественную войну – город пережил 900-дневную блокаду. Многие уезжали, в том числе стремились покинуть осажденный город и творческие команды. Однако труппа Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии стала единственной, кто остался работать под свистом пуль. Это мужество было вызвано желанием поддержать дух жителей Ленинграда, поддержать их оптимизм – и ни один спектакль за все время блокады не был отменен, что бы ни случалось. А случалось всякое, что и говорить о постоянных обстрелах, бомбежках, нехватке пищи…
За два дня до начала блокады Ленинградский театр музкомедии представил на суд зрителей две премьеры, продемонстрировав тем самым, что работа идет и останавливаться они не намерены. Мало того – чтобы подарить кусочек радости солдатам, театр сформировал специальные концертные бригады, которые выступали и в госпиталях, и в тылу, и даже на передовой. За все время блокады эти бригады дали более тысячи представлений.
Пятнадцать премьер и три «возвращения» старых перфомансов – вот результат самоотверженной работы труппы в страшные блокадные годы.
Театр музкомедии Питера – от войны до наших дней
После войны театр продолжал работать в жанре оперетты. Приходили новые артисты, менялись руководители, но лицо театра оставалось прежним. Так было до восьмидесятых годов – а потом в здании случился капитальный ремонт, который продолжался целых десять лет. «Постоянного временного» помещения у труппы не было, они кочевали с места на место, что не давало возможности для нормального творчества. Кроме того, менялась и обстановка в стране – все это сказалось на том, что количество зрителей, приходящих на спектакли театра, катастрофически уменьшалось.
Лишь только в середине девяностых годов прошлого столетия, благодаря инициативе нового худрука театра, приступила к работе Малая сцена (раньше ее не было вообще), а следом – и Большая сцена Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии. Тем не менее «второе дыхание», новый этап в жизни театра начался только через десятилетие – когда в 2005 году туда в качестве директора вернулся Юрий Алексеевич Шварцкопф (об этом более подробно чуть ниже). Под его руководством Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии словно переродился. В репертуаре театра появились, помимо оперетт, концерты-ревю, мюзиклы, оперы-буфф и иные работы в других жанрах. Благодаря работе нового руководства театр музыкальной комедии СПБ сегодня – один из самых любимых и популярных театров в Питере, обладатель большого количества наград и премий. С театром сотрудничают также известные зарубежные мастера.
Юрий Шварцкопф
Генеральный директор театра музыкальной комедии Питера родился в городе на Неве в первые послевоенные годы. Изначально образование получил вообще не театральное – в корочках значилось, что он инженер-механик. Второе высшее – уже как театровед – приобрел к началу восьмидесятых годов, и с этого же времени трудился в театре музыкальной комедии в качестве заместителя директора. Позже работал директором Дворца работников искусств, директором драматического театра, исполнительным директором Мариинки, директором филармонии. Уже после этого вернулся в «родные пенаты» – театр музыкальной комедии, на должность генерального директора.
Труппа театра
Целый сонм популярных артистов прошел через Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии. Нынешнее поколение, да и те, кто не из Питера, возможно, не узнают эти имена, но коренные ленинградцы наверняка увидят среди них знакомые: Гликерия Богданова-Чеснокова, Валентин Свидерский, Николай Янет, Анатолий Королькевич, Зоя Рогозикова и другие. Все эти известнейшие люди работали в театре музыкальной комедии СПБ в середине прошлого столетия.
Репертуар для взрослых
Афиша театра музыкальной комедии полна и разнообразна. В репертуаре обширно представлены самые разные перформансы: музыкальные комедии (такие, например, как «Бабий бунт», «Голливудская дива», «Свадьба в Малиновке» – последняя, кстати, новинка: премьера прошла лишь несколько недель назад), оперетты («Баядера», «Венская кровь», «Граф Люксембург» и так далее), мюзиклы («Джекилл & Хайд», «Граф Монте-Кристо» – это еще одна новинка данного сезона, и прочие). Отдельного упоминания заслуживает мистерия «Белый. Петербург», вышедшая пару лет назад и ставшая лауреатом премии «Золотой софит». Оперетт в репертуаре театра все же больше всего – и немудрено, ведь именно здесь родился, благодаря Исааку Дунаевскому, жанр «советская оперетта».
Для детей
Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии имеет в своем репертуаре и представления для самых маленьких – конечно, не в таком богатом объеме, но, тем не менее. Сводить деток можно на такие перфомансы, как «Брысь!», «Однажды под Новый год», «Теремок».
Театр музыкальной комедии: афиша
Помимо двух уже упомянутых новинок, для стартовавшего сезона театр музыкальной комедии заготовил еще одну премьеру – в декабре состоится дебютная демонстрация представления «Кокс & Бокс в суде» – в программе оно заявлено как «вечер британской оперетты».
Признание
Начиная с 2006 года, ежегодно кто-либо из работников театра удостаивается высшей театральной премии Питера – «Золотой софит». Так, в прошлом году обладателем награды стал Виктор Кривонос и перфоманс «Белый. Петербург», прекрасно встреченный публикой и хорошо принятый критикой. Также к наградам театра относятся многочисленные «Золотые маски»: в минувшем году ее получила постановка «Голливудская дива», в нынешнем – все тот же «Белый. Петербург». Кроме того, в 2015 году последний удостоился правительственной премии в области культуры и искусства.
Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии
| Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии | |
|---|---|
 | |
| Место нахождения | Россия, Санкт-Петербург, Итальянская улица, дом 13. |
| Основан | 1929 |
| Директор | Шварцкопф Юрий Алексееви |
| Главный режиссёр | Исаков Александр Борисович |
| Главный балетмейстер | Романовский Владимир Валентинович |
| Главный хормейстер | Нефедов Алексей Валерьевич |
| Сайт | Официальный сайт |
| Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии на Викискладе | |
Теа́тр музыка́льной коме́дии — театр Санкт-Петербурга, основу репертуара которого составляют оперетты.
Содержание
Труппа
История
Здание и открытие театрального помещения
Это один из старейших театров России, не только Санкт-Петербурга.
В довоенные годы танцевальные номера в спектаклях с грузинскими народными танцами ставил И. И. Сухишвили.
Театр музыкальной комедии в годы блокады
Когда пришла война
На следующее утро после объявления войны в театре состоялось собрание. Г.С. Максимов, директор театра, Н. М. Антонов, А.Н. Феона, Г.М. Полячек и другие работники театра, выступавшие от имени коллектива, дали клятву сделать всё для разгрома врага. Выражая общее мнение, режиссёр В.С. Васильев предложил: «Товарищи, давайте сформируем концертные бригады. Будем играть перед бойцами где только можно — в частях, на вокзалах, на сборных пунктах. Отдадим наше искусство фронтовикам». Предложение было встречено с энтузиазмом. В тот же день были даны первые концерты для воинов. [5]
Осенью спектакли стали начинаться раньше — в три или четыре часа дня, — но не всегда заканчивались в тот же вечер: воздушные тревоги всё чаще прерывали действие. [7] Вскоре тревоги из неожиданного события превратились в обычное явление. Актёры уже не обращали внимания на вынужденные антракты и продолжали действие с оборванной реплики после очередной тревоги, как будто спектакль и не прерывался. [8]
За период с июля по сентябрь были показаны три премьеры: «Ева», «Принцесса долларов», и «Марица» в постановке Феона. В ноябре, когда в городе начались проблемы с продовольствием, вышла премьера — «Три мушкетёра». [4] Богданов-Березовский писал в «Ленинградской правде»: «Весёлые и бодрые „Мушкетёры“ — отличная постановка, вполне своеобразный, дающий зрителю хорошую эмоциональную зарядку спектакль». Рецензия появилась 9-го декабря, а двумя днями ранее, когда исполнялась та же оперетта, в антракте умер артист хора А. Абрамов. [9] Были и другие случаи голодной смерти во время спектакля, за кулисами. Но ни разу не был отменён ни один спектакль. [10]
Новое помещение имело очень толстые стены и хорошее бомбоубежище. Но тепла не хватало и здесь. Артисты делили спектакли на «тёплые» и «холодные» — в зависимости от того, каких одежд требовала пьеса. [13] Нина Пельцер — танцовщица театра, в начале зимы почувствовала, что отмораживает ноги. Начальник трамвайной службы Сорока, на её просьбу «Спасите мои ноги!», выписал ей пару огромных мужских валенок. [14] ; [15]
С переходом коллектива в новое помещение темп работы усилился. Шла работа над новой опереттой «Любовь моряка» Бенацкого, начались репетиции «Периколы». Всё так же игрались «Холопка», «Три мушкетера», «Баядера», «Сильва» и другие. Грим замерзал, и для того, чтобы наложить тон, приходилось отогревать его на груди. Голос садился в середине арии. 31-го декабря в 19 часов 15 минут в здании театра им. Пушкина силами артистов Музыкальной комедии был дан большой новогодний концерт. [16]
Концертные бригады
Певица Тамара Сальникова так вспоминает те дни: «Когда в театре погас свет и прекратились спектакли, мы почти ежедневно, а иногда по нескольку раз в день выступали перед фронтовиками. Исполняешь „В землянке“ Листова, „Играй, мой баян“ Соловьева-Седого или зажигательную „Карамболину“ из „Фиалки Монмарта“ Легара и видишь, как теплеют глаза бойцов, чувствуешь — им нужно твоё искусство. Нередко бойцы делились с нами своим скромным фронтовым пайком. Тот, кто провёл в Ленинграде блокаду, знает, чем была для нас ложка горячей пшенной каши». [19]
Одна из бригад, в которую входили Колесникова, Кедров, Янет, Пельцер, Свидерский и Максимов, выехала на Ладогу, где строилась знаменитая «дорога жизни». Если не считать нерегулярных самолётных рейсов, то эта дорога единственная связывала Ленинград с «Большой землёй». По ней шло в город продовольствие, топливо, медикаменты. Это понимали те, кто обслуживал трассу, — кто работал на погрузке, на перевозке, кто следил за состоянием ледяного пути. Это понимал и враг. Он не оставлял дорогу без внимания — постоянно обстреливал её с берега, бомбил с воздуха. Редко бывало спокойно, но обычно в эти моменты, выступая немецким союзником, валил снег, мела метель. Не случайно про военно-автомобильную дорогу (ВАД) говорили: это не ВАД, это ад… [20] Вдоль дороги висели плакаты: «Водитель, помни! Каждые два рейса пути обеспечивают жизнь десяти тысяч ленинградцев. Борись за два рейса!» Эти плакаты встретили актёров на Ладоге в конце января.
Артистка театра Зинаида Габриэльянц вспоминает: « В конце февраля 1942 года я впервые увидела „Дорогу жизни“. Ехали мы в грузовике, обтянутом брезентом. Мороз был за 30 градусов. В центре кузова стояла печурка, которая всё время топилась. Ехали часов пять, тесно прижавшись друг к другу. А когда добрались до места и вышли из машины, то буквально замерли от неожиданности. Десятки машин с грузом шли вереницей по ладожскому льду к Ленинграду. Некоторые из них проваливались. Их вытаскивали и они вновь продолжали путь. „Дорога жизни“ действовала благодаря беспримерному мужеству, отваге, мастерству водителей машин, регулировщиков, связистов, тех, кто работал на её расчистке от снега, тех, кто её охранял. Восхищённые их подвигом, мы старались хотя бы немного порадовать героев трассы. Два дня, забыв об усталости, выступали на площадках, на автомашинах, всюду, где только было можно…» [21]
В здании, где была сооружена столовая и где предстояло выступать, пахло хлебом и чем-то варёным. Здесь уже был хлеб. Завтра его должны были доставить в город. Концерт слушали стоя. Те, кто очень устал, сели прямо на землю. В маленькой столовой помещалось мало народа. Пришлось без перерыва повторять программу, но публика всё прибывала. Программу повторили подряд в третий раз. Когда после уже шестого выступления за день, в помещение, где шёл концерт, вошла новая партия измученных работой людей и уставшие актёры хотели сказать, что следующий концерт состоится завтра, они вспомнили подвиги шофёров ВАДа и в седьмой раз сиплыми голосами, едва способные сделать лёгкий пируэт, повторили программу. Семь дней пробыла бригада на Ладоге, дав там 32 концерта. После прощального концерта был устроен большой митинг. На нём присутствовали грузчики, шофёры, строители. Выступавшие благодарили актёров.
— Мы привозим к вам хлеб. Вы нам привезли радость и веру в несокрушимость ленинградского мужества, — сказал один из выступавших. — Спасибо, товарищи! [22] В документе, подписанном начальником Управления фронтовой базы Ленинградского фронта батальонным комиссаром Леонтьевым и военкомом того же управления батальонным комиссаром Румянцевым, о концертах, данных 22 и 23 февраля, сказано: «Дорогие товарищи! Ваши выступления явились для нас приятным сюрпризом. Мы снова увидели вечно юного, жизнерадостного Александра Александровича Орлова, с восхищением любовались бурным пленительным мастерством Нины Васильевны Пельцер, слушали такой знакомый и обаятельный голос артиста Кедрова. Заразительный юмор вашего мастерства влили в нас волнующую струю бодрости, новой творческой энергии, которая помогла нам в день Красной Армии неплохо поработать и значительно увеличить количество тонн, вагонов и эшелонов продовольствия, отгруженных для трудящихся Ленинграда…»
«Концерты — концертами. Это приносит пользу, всюду — горячие отклики. Но ведь мы — театр. И первое наше дело — спектакли». Так считали руководители Музыкальной комедии. О том же думали и артисты. Минует кризис — можно будет продолжить работу — нужно готовиться к новому моменту. [23]
Жизнь продолжается, или «Раскинулось море широко»
3-его марта в театре снова зажегся свет. [24] И 3-его же марта «Ленинградская правда» поместила объявление: «Возобновляет работу Театр музыкальной комедии. Завтра коллектив театра, руководимый засл. Арт. Республики орденоносцем Н. Я. Янетом, покажет ленинградскому зрителю оперетту „Сильва“. 5 марта пойдет „Баядера“, 6 и 7-го — „Три мушкетера“. Театр будет давать два спектакля в день. Начало утренних постановок в 11 ч. 30 мин., вечерних — в 4 ч. дня. Спектакли будут происходить в здании театра им. Пушкина». [25]
Георгий Максимов, директор театра, пишет: «Ежедневно у театрального подъезда вывешивалась афиша, которая в те дни писалась от руки. Спектакли давались дважды в день, чтобы наверстать вынужденный простой в феврале. Билеты — нарасхват. Каждый день в зрительном зале, кроме фронтовиков, — большие группы рабочих». [24]
Сколько писем — трогательных, наивных, искренних — получали в первые дни актёры. На сцену, вместо цветов, бросали перевязанные ветки хвои. Пельцер получила корзину, составленную из зелёных веточек ели и сосны. Когда корзину подали на сцену, Комков взял её, чтобы передать партнёрше, но тотчас опустил на пол. Корзина была невероятно тяжёлой. Когда в антракте её совместными усилиями принесли за кулисы, выяснилось, что под зелёными ветками лежат картофель, брюква, морковь и даже головка капусты. [26]
В течение марта — апреля были выпущены две премьеры: «Любовь моряка» Р. Бенацкого и «Продавец птиц» К. Целлера. [27] Но заветной мечтой оставалась новая советская оперетта на тему о событиях сегодняшнего дня. Но готового сочинения у театра не было. Предприняли попытку найти композитора и драматурга. Нашли, привезли на тележке в театр — сами они прийти не смогли. Начали работу, но оба автора с каждым днём слабели. Режиссёром был Янет, за музыку принялся дирижёр Логинов, а текст писал Гузынин. Пьеса понемногу двигалась. Вскоре её утвердили под названием «Лесная быль» — спектакль о дружной студенческой семье, ставшей партизанским отрядом. [28]
Однако то, что было задумано драматургами, даже в самой малой степени не походило на оперетту. Произошла удивительная вещь — впервые придя в незнакомый жанр, они сумели не подчиниться его канонам, отличить главное от наносного и найти то качественно новое, что оказалось в средствах жанра оперетты. Они задумали героическую пьесу о блокированном городе, о балтийских моряках, о советской разведке и вражеском шпионаже. Соблюли главное в жанре: оптимистическое звучание произведения, правду характеров, цельность и напряжённость действия, его патетический, эмоциональный накал, требующий разрешения в музыке; смело отбросили штампы — каскадную пару, водевильную путаницу, любовный конфликт в финале второго акта. [31] Тему Балтики предложил старый балтиец Вишневский. Искренняя дружба актёров с балтийскими моряками, тесно скреплённая во время войны, когда концертные бригады театра переходили с корабля на корабль, делала и для театра эту тему весьма привлекательной. [32]
Постепенно стал вырисовываться план пьесы. И тогда решили, что ввиду сжатости сроков два первых акта будут писаться одновременно. Первый акт взял на себя Крон, второй — Вишневский. История театра вряд ли знает другой такой случай, когда акты пьесы создавались не последовательно, а параллельно. [33] Янет приступил к репетициям. Музыку писала бригада композиторов: В. Витлин, Н. Минх, Л. Круц. Жена Вишневского, художница Софья Касьяновна Вишневецкая, делала оформление. [31]
Долго выбирали название для пьесы. Наконец оно было найдено, образное и точное: «Раскинулось море широко». Пьесу поставили за двадцать два дня. Это был один из самых удивительных спектаклей в истории театра оперетты. Сначала казалось, что он был обречён на неудачу. Начать с того, что об определении его жанра теоретики спорят по сей день. Это явно не оперетта — здесь нет музыкальной драматургии; не комедия и не водевиль — слишком крупна тема и драматична ситуация; и не трагедия — конец благополучный. Да и как бы не определять жанр произведения, сама попытка решить тему блокады Ленинграда средствами музыкальной комедии у многих вызывала нарекания. Но никакие нарекания не могли отмести главного: спектакль завоевал всеобщее признание зрителей. Характеры и конфликт были выписаны драматургами ярко и законченно, и это обусловило отчётливую и стремительную режиссёрскую мысль. [34]
«Этот спектакль интересен той своеобразной особенностью, — писал тогда в „Правде“ летописец и хроникер блокадного искусства Николай Тихонов, — что представляет картины не прошлого, не вчерашнего, а сегодняшнего дня города. Казалось бы, что средствами почти развлекательного характера трудно передать рассказ о защитниках Ленинграда, казалось бы, что сама мысль отразить героические черты моряков в куплетах и песенках, во всей шумной непрерывной пестроте музыкального комедийного спектакля не может иметь успеха. И однако это не так. Ленинградский великий оптимизм живёт в каждом жителе — защитнике города, и чувство меры, правильно приложенное к комедии, дало возможность написать, а артистам сыграть музыкальную комедию, где герои стали героями, злодеи раскрылись во всей своей черноте, картины борьбы не принижены танцами и песнями, и зритель оставляет театр бодрым, весёлым, уверенным…». [36]
На пути к победе
В январе 1943 года соединением Ленинградского фронта с Волховским было прорвано вражеское кольцо. Город начал свободнее дышать. Понемногу налаживался быт. Приносили бодрость и вести с фронта. Чувствовалось, что приближается великий перелом в ходе войны. В Ленинграде начал работать ещё один театр — Городской драматический, в помещении Пассажа, долго ещё после войны неофициально именовавшийся «блокадным». А в закалённом, видавшем виды Театре музыкальной комедии, всё ещё помещавшемся в здании Театра имени А. С. Пушкина, работа давно уже шла в полную силу. Готовилась одна из труднейших классических оперетт — «Летучая мышь» Штрауса. [37]
За несколько лет до войны композитор А. Рябов и либреттисты Л. Юхвид и Авах написали оперетту «Сорочинская ярмарка», продолжающую традиции классической украинской оперетты. Главный её интерес заключался в характерах, воплощая которые нужно было сохранить национальный дух и гоголевский колорит. В 1937 году «Сорочинскую ярмарку» поставил Ярон в Московском театре оперетты. В Ленинграде она не шла. И в конце 1943 года, когда началось победоносное шествие Красной Армии на запад и освобождение оккупированных фашистами областей, когда Украина снова становилась Советской, — гоголевское слово, гоголевская любовь к своей родине должны были зазвучать с новой силой. К этому произведению обратился Янет, для которого украинская тема всегда оставалась близкой. «Сорочинская ярмарка» вошла в историю Ленинградской музкомедии как один из самых слаженных по ансамблю и самых весёлых спектаклей. Премьера состоялась в ноябре. Спектакль был очень тепло принят зрителями и был последней постановкой 1943 года. [38]
1944 год в Ленинграде был особенным. В январе город был окончательно освобождён от фашистского окружения. В воздухе реяло предчувствие близкой победы. Ещё никто не говорил о конце войны; ещё не везде были закрашены красно-синие надписи на домах: «При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна»; ещё в квартирах и учреждениях стояли маленькие железные печки с длинными трубами, выведенными в зафанеренные окна; но в ритме строек и восстановления города, в ежевечерних салютах и самых будничных вещах, забытых за три года войны — в чистоте улиц, в нормальном электрическом освещении, в бесперебойной работе водопровода, в изобилии радостной музыки по радио, — угадывался грядущий близкий мир.
«Многое чувствует сейчас советский человек. В нём и оптимизм, рождённый верой в скорую блестящую окончательную победу нашего народа над врагом, и тревога за близких, гордое сознание силы и величия своей Родины и мечты о радостной встрече с тем, с кем разлучила его война. В час отдыха, придя в театр, он невольно ищет отзвука своим чувствам в спектакле и удовлетворён, если находит его». Так писал Янет в режиссёрской экспозиции «Дочери тамбурмажора», за возобновление которой он взялся в начала 1944 года. В старой классической оперетте о самоотверженных защитниках молодой Французской республики, об отце, нашедшем после долгой разлуки дочь, о любви дочери тамбурмажора и молодого лейтенанта революционных войск ему послышалась отдалённая перекличка с современностью. «Дочь тамбурмажора», показанная 10-го июня 1944 года, закрыла последний сезон в здании Театра драмы имени А. С. Пушкина. Осенью 1944 года, когда после трёхлетнего перерыва вернулись из эвакуации и возобновили работу все ленинградские театры, Музыкальная комедия возвратилась в свой стационар на улице Ракова, восстановленный усилиями всего коллектива. Последней премьерой военных лет была «Сирень-черёмуха», поставленная Янетом, — хороший, светлый реалистический спектакль о жителях маленького городка в далёком тылу, на Волге, по-своему участвующих в битве за Родину. [39]
Кончилась война. Период восстановления и реконструкции народного хозяйства не мог не стать таковым же для искусства. В таком гибком жанре, как оперетта, это сказалось особенно заметно. Реконструкция жанра, начавшаяся ещё в 30-е годы, продолжалась на новых началах — большей требовательности к драматургической и музыкальной форме, резкого расширения круга тем, большей идейной глубины и социальной остроты. Актёров ждала серьёзная работа над реалистическими образами советских и зарубежных современников. [40]
