РОО «Ветераны полигона ПРО»
Сообщение об ошибке
АРЗАНОВ Сумбат Левонович
Фотография:
Ветеран полигона полковник АРЗАНОВ Сумбат Левонович (вы не ошиблись, сын заместителя начальника строительства полигона и города Приозерска полковника Арзанова Левона Сумбатовича) родился 27 июля 1946 года. Далее рассказывает Сумбат Левонович:
После окончания средней школы в 1964 году я поступил на юридический факультет Казахского Государственного университета (КАЗГУ) имени С.М.Кирова. Окончил университет в 1968 году и получил назначение в г. Приозерск Карагандинской области Казахской ССР на должность военного следователя военной прокуратуры (в/ч 44285). В дальнейшем моя жизнь и воинская служба сложились следующим образом:
— в 1970 году был переведен преподавателем-командиром в школу сержантов в/ч 28079 (г. Приозерск);
— в 1976 году окончил Военно-политическую академию (ВПА) имени Ленина и был направлен в Подмосковье (Ногинск-9), в Центр контроля космического пространства (ЦККП), где был назначен на должность старшего инструктора политотдела в/ч 28289;
— с 1981 по 1985 годы проходил службу на должности заместителя начальника политотдела в/ч 20007 (г. Софрино-1);
Женат. Имею двоих детей. Жена, Арзанова Татьяна Дмитриевна, военный пенсионер.
Сын, Арзанов Левон Сумбатович, 1973 года рождения, с 1985 года проживал с родителями и учился в школе в г. Балхаш-9 (54 площадка), позже окончил АВОКУ им. Конева (г. Алма-Ата), затем Военный университет (г. Москва), полковник, военный журналист, участник боевых действий в Чечне, Абхазии, Крыму, Приднестровье, Сирии (почти год), Карабахе.
Дочь, Арзанова Нина Сумбатовна, выпускница Московского института инженеров транспорта (МИИТ, г. Москва), ответственный работник коммерческого предприятия.
Все проживаем в г. Москва».
Арзанов Левон Сумбатович
| Арзанов Левон Сумбатович | |
 | |
| Дата рождения: | 17.01.1912 |
| Место рождения: | Тифлис |
| Дата смерти: | 01.12.1992 |
| Место смерти: | Пушкино, Московской области |
| Краткая информация: Полковник-инженер. Заслуженный строитель Казахской ССР, почетный строитель космодрома Байконур | |
Содержание
Биография
Родился 17 января 1912 г. в г. Тифлисе в большой патриархальной семье.
Окончил школу-семилетку в городе Ленинакане (Армении), работал мотористом в Севанском пароходстве и учился на железнодорожном рабфаке. В 1933 г. поступил учиться в Московский электромеханический институт инженеров железнодорожного транспорта (МЭМИИТ), который окончил в 1939 г.
Связав свою жизнь с Советской Армией, он окончил карьеру военного в высшем офицерском звании «Полковник-инженер».
В Вооруженных Силах СССР с 1939 по 1971 год. Участник Великой Отечественной войны (Забайкальский фронт). В 1941—1943 годы — начальник участка 49 УВПС Забайкальского фронта, 1943—1945 годы — Главный механик 12-го фронтового Управления Оборонительного строительства.
После окончания войны Левон Сумбатович служил в Москве, затем на Дальнем Востоке, далее в Закавказье, завершив воинскую службу в Средней Азии. В том числе:
Награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом «Знак Почета» и многими медалями, в т.ч. ряда иностранных государств. Заслуженный строитель Казахской ССР, Почётный строитель Байконура.
Умер Левон Сумбатович 01 декабря 1992 г. на 81-м году жизни, похоронен в городе Пушкино Московской области.
РОО «Ветераны полигона ПРО»
Автор:
Полигон дал старт офицерской династии!
Л.С. Арзанов окончил школу-семилетку в городе Ленинакане (Армении), работал мотористом в Севанском пароходстве и учился на железнодорожном рабфаке. В 1933 г. поступил учиться в Московский электромеханический институт инженеров железнодорожного транспорта (МЭМИИТ, ныне МИИТ), который окончил в 1939 г.
Связав свою жизнь с Советской Армией, окончил карьеру военного в высшем офицерском звании «Полковник-инженер». В Вооруженных Силах СССР с 1939 по 1971 год. Участник Великой Отечественной войны (Забайкальский фронт). 1941— 1943 годы— начальник участка 49 УВПС Забайкальского фронта, 1943—1945 годы— Главный механик 12-го фронтового Управления Оборонительного строительства. После окончания войны Левон Сумбатович служил в Москве, затем на Дальнем Востоке, далее в Закавказье, завершив воинскую службу в Средней Азии. В том числе:
— с 1953 по 1955 годы — начальник монтажного отдела 25 УИР г. Ташкент;
— 1955 год — Спецстроительство на полигоне Тюра-Там;
— с 1957 года — командир спецмонтажного управления и начальник монтажного отдела УИР на строительстве 10 ГНИИП МО (ст. Сары-Шаган, ныне г. Приозерск);
— с 1962 года — заместитель начальника полигона по строительству и эксплуатации;
— с 1967 по 1982 год — начальник отдела п/я Р-6609. г. Москва.
Награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом «Знак Почета» и многими медалями, в т.ч. ряда иностранных государств. Заслуженный строитель Казахской ССР, Почетный строитель Байконура.
Умер Левон Сумбатович 01 декабря 1992 г. на 81-м году жизни, похоронен в городе Пушкино Московской области.
АРЗАНОВ Сумбат Левонович (сын Арзанова Левона Сумбатовича) родился в 1946 году в городе Чита. После окончания казахского государственного университета в Алма-Ате в 1968 году проходил службу в военной прокуратуре, затем в частях Войск ПВО Страны. В 1976 году окончил Военно-политическую Академию имени В.И.Ленина, после чего служил в отдаленных гарнизонах в различных регионах нашей страны.
Завершил службу Сумбат Левонович в 1997 году в звании «полковник» на должности старшего инспектора политуправления ВВС России.
В настоящее время Арзанов С.Л. является руководителем автотранспортного предприятия «Автотур» и активным членом ветеранской организации ВВС.
В 1995 году поступил в Военный университет и в 1996 году окончил Факультет культуры и журналистики этого университета, затем с 1996 по 2010 годы Левон Сумбатович продолжил службу последовательно в следующих должностях и местах:
— главный редактор дивизионной газеты «Боевое Знамя» (Приволжский ВО);
— корреспондент-организатор отдела молодежных проблем (редакция газеты МВО «Красный воин»);
— корреспондент-организатор отдела ВВС (редакция газеты МВО «Красный воин»);
— начальник отдела молодежных проблем (редакция газеты МВО «Красный воин»);
— начальник отдела культуры и быта (редакция газеты МВО «Красный воин»);
— временно исполняющий обязанности Старшего офицера Пресс-службы МВО.
С 2010 года по настоящее время Левон Сумбатович является старшим научным сотрудником группы мониторинга социальных процессов Социологического центра Министерства обороны Российской Федерации. При этом Левон Сумбатович неоднократно находился в «горячих точках» на Северном Кавказе, в Чечне, Грузии, а также в Молдове, Приднестровье и в Крыму. В 1912 году он окончил Юридический факультет Российской таможенной академии.
Является членом «Союза писателей России», «Военно-художественной студии писателей МО РФ», «Союза журналистов России», «Московского союза журналистов», является Лауреатом премии московской писательской организации СПР имени М.Ю Лермонтова, сотрудничает и публикуется в ведущих военных и гражданских СМИ.
Награжден десятью государственными и ведомственными (Минобороны России) медалями.
Женат, имеет двух дочерей 2002 и 2009 годов рождения
Дорогие друзья, такова краткая история династии офицеров Арзановых, а если иметь в виду, что дочь родоначальника династии Татьяна Левоновна Пашкова (Арзанова) в начале 2015 года из рук Президента России в Кремле получила Орден Дружбы, то, по нашему мнению, Левон Сумбатович мог бы гордиться своими детьми и внуками.
РОО «Ветераны полигона ПРО»
Желаем доброго здравия еще, как минимум, на четверть века!
Совет Региональной общественной организации «Ветераны полигона ПРО», г. Москва, и ветераны города Приозерска сердечно поздравляют полковника Арзанова Сумбата Левоновича с тремя четвертями века – с 75-летием со дня рождения, и выражают пожелания здоровья, долголетия, радости и душевного комфорта в кругу семьи, родных и друзей!
Окончив Казахский государственный университет в 1968 году Сумбат Левонович продолжил службу следователем в военной прокуратуре города Приозерска, позднее проходил службу в различных частях Войск ПВО страны. После окончания Военно-политической академии им. В.И.Ленина в 1976 году продолжил службу в отдаленных гарнизонах нашей страны, принимал участие в становлении многих важнейших объектов Министерства обороны, в том числе 54-й площадки на озере Балхаш. Принимал участие во всенародной битве за урожай военнослужащих Вооруженных сил СССР. Об этом он написал прекрасную книгу воспоминаний «Моя целина» (М. «Вече», 2012).
Полковник Арзанов Сумбат Левонович за долголетнюю безупречную службу был награжден целым рядом государственных (от имени Президиума Верховного Совета СССР) и ведомственных (Министерство обороны СССР) наград. Воинскую службу закончил на должности старшего инспектора Главного штаба ВВС России.
Активная жизненная позиция не оставляет Сумбата Левоновича равнодушным ни к нашей истории, ни к событиям современности. Не так давно он стал членом Региональной общественной организации «Ветераны полигона ПРО», г. Москва. При этом Сумбат Левонович передал в фонд Музея истории создания ПРО «Звезды в пустыне» большой объем памятных фотоматериалов о полигоне и городе своего детства Приозерске.
С днем рождения, уважаемый Сумбат Левонович, здоровья Вам, радости, счастья! Пусть сложившаяся в семье Арзановых традиция чередовать имена и отчества наследников никогда не прерывается!
Еще раз, доброго Вам здравия, дорогой Сумбат Левонович!
Совет РОО «Ветераны полигона ПРО», г. Москва
«Я не верил в Бога до этого дня»: Интервью с журналистом Левоном Арзановым, раненным при обстреле в Карабахе
В результате взрыва, журналисты Левон Арзанов, Юрий Котенок и сопровождающий Грант Баладьян получили осколочные ранения и переломы разной степени тяжести. После череды долгих перевозок и операций, двоих журналистов доставили на лечение в Москву. Ещё одного, из-за тяжёлого состояния оставили в Ереване. О произошедшем Общественная служба новостей пообщалась с одним из пострадавших, профессиональным военным корреспондентом, спецкором портала «Офицеры России» Левоном Арзановым.
— Почему Вы выбрали для визита именно собор Святого Христа в Шуше?
В момент первого обстрела там были прихожане. Но тогда наши предки строили на века. Я думаю, что наши доблестные «азербайджанские друзья» рассчитывали уничтожить храм попаданием одной ракеты. Но, к счастью, они только пробили свод из кирпича, сделали там дыру. И люди получили только ранения, никто не погиб.
Мы взяли интервью у настоятеля храма — этот момент прекрасно видел оператор-наводчик БПЛА
— А говорят: «молния два раза в одно место не бьёт»…
— Это, к сожалению, не относится к современной войне. Когда всё управляется, можно не то, что в одну дырку, можно и десять ракет в это же место направить.
Собор до начала войны. Фото: wikimedia.com
В тот момент я и понял, что лопнули барабанные перепонки — текла кровь из ушей, ничего не слышно
Я полз среди клубов чёрного дыма. Чувствовалась боль, но ты сразу начинаешь прокручивать в голове: «руки, ноги — целы, шевелятся. Внутренние органы не задеты». Сразу начинаешь как будто быстро сканировать себя. В тот момент я и понял, что лопнули барабанные перепонки — текла кровь из ушей, ничего не слышно. Понял, что руки и ноги целы, на месте. И дополз до стены. Дым уже немного рассеялся и я увидел рядом Юру. Потом увидел Гранта. Он к тому моменту уже встал на ноги. Мы определились, что все живы. Юра встать не мог. Он достаточно крупный парень и мне в одного его было бы не вытащить оттуда.
Я принял решение выходить и звать людей. Вышел на улицу. Грант был рядом со мной, но на улице он уже упал. Не от потери сознания, просто идти не мог от боли. У него был серьёзный перелом руки. Я ещё по дури начал тянуть его за эту руку, хотел поднять. В этот момент ему совсем плохо стало, вошёл в ступор. Сразу же я начал кричать людям. Выглянул из дома по соседству один старик. Я попросил подойти. Из убежища вместе с ним вышло человек семь — все старики. Молодые же на фронте. Они и стали нам помогать. Меня прямо тут же посадили в Ниву и мы поехали в больницу. Меня увезли первого, второго — Гранта. Юру повезли сразу в Степанакерт.
— Вы упомянули, что военный. Как так получилось, что оказались в церкви без бронежилетов и касок? Считали, что они не помогут?
Результат попадания двух ракет. Фото: aif.ru
— Могли как-то повлиять на наводку ракеты гаджеты: телефоны, рации, другие устройства?
— Не хотелось бы верить, конечно, что в Азербайджане настолько хорошая разведка. Но, знаете, чего не бывает? Может это турецкая разведка поработала. Я думаю, что они могли, конечно, отслеживать мессенджеры пресс-служб, через которые мы получали аккредитацию. И могли даже персонально вести нас, как определённых журналистов. Хотя мы, конечно, на территории Карабаха включили авиарежим. Но этого мало. Мало таких предосторожностей. Всё равно был исходящий сигнал от трёх российских номеров. И я думаю, что это чисто по телефону ударили. Привязка ракеты к точке была по телефонным сигналам.
— Вас забрал местный житель и повёз в больницу. Помните, о чём он с вами говорил? На армянском или на русском разговаривал?
— Мужчина, что меня вёз говорил по-русски. Но у меня был тот этап контузии, как будто тебе за десять километров говорят и ты всё слышишь с запозданием. Говорил: «держись, браток». В Карабахе всё старшее население говорит по-русски. Раньше это был многонациональный регион в своё время. Кроме азербайджанцев, там жило много русских, немцев, латышей. Все эти люди говорили на русском языке, связующем. И ещё, конечно, все пожилые мужчины служили в Советской армии.
Как на войне бывает: когда меньше всего ждёшь — больше всего и получаешь
Был только единственный человек, который на русском не говорил. И это очень трогательный эпизод, который я бы хотел рассказать. Меня привезли в больницу, которую разбомбили. Тогда я ужаснулся: где нам тут будут оказывать помощь? Представляете: в больнице не было ни одного стекла, в палатах перевёрнутые койки, на которых лежат выбитые оконные рамы и какое-то окровавленное обмундирование. И никого нет! Мужчина, который меня вёз, кричит по коридорам “врач, врач”. И тут откуда-то из подвалов нам ответили. Мы спустились туда.
Это был классический необорудованный подвал. Никогда не предполагалось, что там будут кому-то помощь оказывать. Там просто лежали поролоновые матрасы. Нас положили на эти матрасы и начали бинтовать первый раз там. А так как мы все были покрыты сажей от строительной пыли, нам начали мыть руки. На одной из них мне палец раздробило конкретно так. И эту процедуру проводила маленькая девочка лет восьми. Она промывает мне их водой и что-то по-армянски говорит. Причём так говорит не с плачем, а твёрдо и уверенно какие-то вещи говорила. Наверное, там было что-то вроде “потерпи”. Это меня очень потрясло.
— Вы почувствовали себя уверенней в тот момент? Раз подобным взрослым и серьёзным делом занимается маленькая девочка.
— Нет, ну, я же человек военный. Мы не плачем и не стонем обычно. Привыкли ко всему. А в этот момент я, наоборот, чуть не заплакал от того, что маленький ребёнок сидит в этом подвале и помогает раненым. У меня у самого две дочери.
— Если и наводчик, и командир понимали, что это русские журналисты, то куда же пропала этика?
Сейчас уже другое время: стреляют и по врачам, и по больницам. Всё делается, чтобы деморализовать. Конечно, журналисты тоже стали целью. Вспомните, что на Пегова прокуратура азербайджанская завела уголовное дело. Но это же смешно! Человек занят своим делом, на этой стороне. На вашей стороне тоже есть русские журналисты. Другое дело, что вы их никуда не возите, чтобы не показывать грандиозных потерь.
Опять же, почему армяне не скрывают своих потерь? Потому что народ маленький. Карабах — это всего 120 тысяч населения. То есть, даже меньше, чем район Жулебино в Москве. Все друг друга знают. Бесполезно скрывать. Сегодня погибает человек, завтра его сослуживцы сообщают родителям. Сейчас в окопах сидят и братья родные, дедушки, кто сам прорвался. Их пытаются с фронта увести, но у них дух бойцов, кто в первую войну воевал. Им уже за 60, под 70, но они всё равно рвутся в бой. Азербайджанцы, на сегодняшний день, по подсчётам армянской стороны, потеряли уже порядка четырёх тысяч. Азербайджанская сторона не забирает своих погибших. Они и в первую войну, в 1994 году делали тоже самое. Когда начинают приходить гробы, общество начинает волноваться. «Почему нет победы, почему умирают дети?».
Журналисты в Ереване. Фотография сделана за несколько часов до получения ранения
Министр обороны Азербайджана обещал за несколько дней полностью захватить Карабах. Но, видите, на деле они топчутся вокруг укрепрайонов и, фактически, ни один район из семи, которые армяне удерживают в качестве буферной зоны они не освободили. Ни один! Не говоря уже о том, чтобы продвинулись в Карабах. Хотя, конечно, в Армении не столько много народа. И, в конце концов, можно перемолоть их всех. Тем более, если учесть, что турецкая армия подключилась.
Если раньше и были сомнения, то сейчас никто не сомневается. Буквально позавчера перебросили ещё 1000 боевиков из Сирии. Из Кабула прилетают самолёты пока непонятно с чем. Что можно оттуда привозить, кроме моджахедов?
— Состояние среднее. Я пока лежу ещё, а если приходится ходить, то при помощи людей это делаю. В целом ощущаю с каждым днём, что становится лучше. Отдельные раны заживают. Есть порядка четырёх больших ран, которые ещё даже не зашиты, они пока в открытом состоянии. Их наблюдают врачи. Есть раны, куда попали маленькие осколочки, они уже зажили. В принципе, у меня позитивная динамика, как я считаю.
Большие раны мне перевязывают под наркозом раз в два дня. Полностью усыпляют, потому что больно и невозможно терпеть, когда их просто так перевязывают. У меня было фактически одна операция в Степанакерте, потом в Ереване и третья в Москве. Осколки извлекали в столице Карабаха. Там были очень хорошие врачи мирового уровня, которые туда съехались со всего мира. Современная достаточно больница с тремя подземными этажами бункерного типа. То есть они понимали, что предстоят им такие бои и подготовились.
Вся наша одежда пострадала в ходе обстрела: вся была пробита, в крови
Из столицы Карабаха нас привезли на скорой в Ереван. В Ереване мы были сутки, провели там операцию дополнительную. Михаил Мишустин (Председатель правительства Российской Федерации — Прим. ред.) как раз находился в то время на переговорах в столице Армении. И он как-то узнал о нас. Ему, видимо, доложили, что есть раненные журналисты. Он предложил воспользоваться самолётом в Москву. Но так как Юрий Котенок находился тогда в очень тяжёлом состоянии и был в искусственной коме, взяли меня и сопровождающего нашего — Гранта Баладьяна. И в Москву мы возвращались на Борте №2.
— Какое отношение было к вам во время этого полёта? Чисто формальное или же искреннее и сочувствующее?
— Когда мы поднялись на борт, чиновники, которых мы часто видим по телевизору, уступили нам места в VIP салоне. Мы сидели отдельно на креслах. Отнеслись к нам по-хорошему, все переживали и подходили, интересовались нашим самочувствием.
Левон Арзанов в самолёте Мишустина. Фото: mk.ru
На тот момент мы выглядели бодро, но на самом деле — это результат нормальных доз обезболивающих. И мы всё то время, пока летели до столицы, проспали в самолёте. Это было ещё далеко не выздоровление. Вся наша одежда пострадала в ходе обстрела: вся была пробита, в крови. Поэтому в Ереване местные ребята, армяне, купили нам костюмы спортивные с гербами Армении. Одели, собрали в дорогу. Все вещи остались в Карабахе, машина наша осталась там.
Совершенно удивительная особенность этой войны — нет бытового мародёрства
Что ещё хочу добавить, совершенно удивительная особенность этой войны — нет бытового мародёрства. Я был на многих войнах. И часто видел, как бывало, что магазины, в которые попали снаряды, обчищают, берут продукты. У машины окна разбились: люди подходят, открывают двери, ищут аптечки. Это считается нормой войны. Но в Карабахе у людей другой подход. У нас был Лексус и когда мы подъехали к церкви, то вышли из него даже окна не закрыв. Мы думали, что зайдём на пять минут. И эта машина простояла там три дня с открытыми окнами — из него ничего не пропало и всё нам вернули. Магазины все стоят с разбитыми витринами, но ни у кого даже в мыслях нет подойти и что-то взять. В этом плане карабахцы потрясли и удивили.
— Сколько времени вам ещё потребуется на восстановление?
— Врач мне сказал, что полное восстановление займёт от двух до четырёх месяцев. Помимо ранений от осколков у меня разрыв барабанных перепонок. Одна полностью, другая повреждена частично. У меня со слухом ещё есть проблемы. Возможно, потребуется помощь специалистов по восстановлению. Лечение проходит за счёт Российской Федерации, за счёт полисов СНИЛС. Всё совершенно бесплатно. За это стоит поблагодарить и наше руководство, которое определило нас в хороший институт, как журналистов. Отнеслись с пониманием. Мы попали к лучшим врачам.
Я бы ещё хотел отдельно поблагодарить Михаила Мишустина и «Офицеров России» во главе с генерал-майором, героем России Сергеем Липовым. Не оставили нас в беде и помогли нашим семьям.
— Собираетесь ли, если конфликт не кончится, вернуться и продолжить своё дело?
— Конечно, если он продлится ещё полгода, то я туда поеду снова. Надо решить же незаконченное дело. Хотя я думаю, и без меня там сейчас хватает журналистов. Мы же туда ехали, потому что была нехватка журналистов со субъективной позицией. Азербайджан, понимаете, на свои нефтедоллары выкупил громадный сегмент российского поля. Все уже официально признаются.
Такие люди без чести и достоинства за деньги готовы нести околесицу
Например, замдиректора нашего информагентства ТАСС Михаил Гусман официально находится в Азербайджане и руководит всей информационной политикой страны, направленной на Россию. И он этого не скрывает. Это один момент. А есть такие псевдо-эксперты, как Коротченко. Такие люди без чести и достоинства за деньги готовы нести околесицу. Якобы о том, что Азербайджан освобождает какие-то свои оккупированные земли. Они не знают даже суть вопроса, историю. Не понимают, что Карабах — исконно армянская земля.
Чтобы проще сказать, чтобы было понятно русскому читателю: Карабах — это тоже самое Приднестровье, Абхазия, Крым. Там веками жили армяне. А тут её вдруг сделали автономией в составе Азербайджана. Вот и всё. Нужно людям просто понять, что это не контроперация. И полный бред, что это был ответ на агрессию армян. Ну, какой смысл маленькому Арцаху нападать на громадный Азербайджан вместе с Турцией. Это идиотизм просто за гранью реального.
— Насколько я знаю, Вы достаточно давно участвуете в боевых действиях. Можете перечислить, в каких именно?
— Если чисто военные действия считать: это Чечня (имеется ввиду Вторая чеченская компания — Прим. ред.), Сирия и это третья война. А так я участвовал в миротворческих операциях: по принуждении Грузии к миру (имеется ввиду Вооружённый конфликт в Южной Осетии — Прим. ред.), по возвращению Крыма, и во всех практически операциях, которые наши вооружённые силы вели с 1994 года. Кроме разве что Югославии и Таджикистана я везде был.
Левон Арзанов и его сослуживцы в Москве в 1995 году
— Вы сказали, что у вас двое дочерей. Но, будем честны, война — это всегда риск, как бы хорошо не быть к нему готовым. Зачем вам это? Желание донести до людей информацию?
В 1996 году не было дронов-самоубийц. Поэтому и в Шуше чувствовал себя несколько фривольно
Видите, я учился ещё в 1996 году. Тогда не было дронов-самоубийц. Поэтому и в Шуше чувствовал себя несколько фривольно. А надо было быть осторожным. Хотя как — непонятно. Надо было одного наблюдателя на улице оставить. Хоть один бы из нас остался цел.
— И всё же, к вопросу о семье: сильно беспокоится жена, дети? Особенно, когда стало известно, что вас ранило.
— Конечно, жена моя стоическая женщина. Я, буквально, год назад, весь 2018 год был советником в Сирии. Как раз началась фаза по освобождению Дамаска. И я участвовал во всех операциях. Защищали Дамаск от боевиков. Она понимала, что я нахожусь именно там. Переживала. И другие войны — она меня со всех ждала. Когда я уехал в Чечню, мы только встречались. У нас как раз свадьба была, когда я вернулся. Она же жена офицера. Всё понимает, переносит, подбадривает меня. Дети, надеюсь, тоже с пониманием относятся и переживают.
— Вы уже отмечали, что одной из особенностей этой войны можно назвать отсутствие мародёрства. А что насчёт других отличий?
— Наличие большого числа беспилотных ударных аппаратов. Азербайджан получил полное господство в воздухе за счёт этих маленьких самолётиков. Они выбили сразу же в первые дни войны серьёзные системы ПВО, которые были у армян. Посмотрите просто на официальные съёмки, которые выставляют министерства обороны двух стран. Это совершенно разные ролики. Если армяне показывают, как они из артиллерии уничтожают цели, просто открытый пехотный бой, то Азербайджан не показывает других картинок, кроме как с беспилотников. Они воюют только в этом плане.
— Вы упоминали, что и Грант, и Юрий, и Вы были рядом с первой воронкой от попадания. Однако, несмотря на серьёзные ранения, все остались живы. Это случайность или божественное вмешательство?
— Честно говоря, я, конечно, атеист. Как в детстве у нас говорили: советский пионер, всем ребятам пример. Конечно, я не верил в Бога раньше. Раньше. До того дня, пока в церкви нас Боженька не закрыл своим небесным щитом. И мы остались живы. Хотя Юра Котенок и Грант глубоко верующие люди. Может быть их ангелы-хранители распростёрли крылья и закрыли меня тоже. После этого я стал немножечко верить в бога.
— Вы не шутите?
— Не шучу, конечно. После такого трудно не поверить. Недавно Юре в больницу ереванскую принесли мою бейсболку, которая осталась в церкви. Он говорит, что она, как у почтальона Печкина — вся в дырках. А мы как-то вот так отделались переломами и ранениями.
