Моя жизнь
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
Лев Троцкий в сознании большинства фигура весьма расплывчатая. И в зависимости от того, кто о нем говорит – обожатели или скептики – превращается то в невинно убиенного ангела революции, символа сталинского предательства, то в этакого черта в пенсне, еврейского кровопийцу, вырезавшего миллионы русских людей. Тем важнее первоисточник. Кем был Троцкий? Почему он вознесся так высоко, а потом так бесславно пал? Была ли альтернатива сталинизму в СССР? Однозначных ответов на эти вопросы нет. Но чтобы начать разбираться в Троцком хоть немного, нет лучше способа, чем прочесть мемуары этого низвергнутого революционера. К тому же, это не просто документ невероятной эпохи, смешавшей в кучу войны, интриги и революции, но и просто отличная литература. Писал Троцкий вдохновенно и ярко, умел видеть смешное, а временами книга и вовсе воспринимается как захватывающий приключенческий роман.
Сын состоятельного землевладельца и предпринимателя, Лев Бронштейн (Троцкий) – ближайший сподвижник Ленина, создатель Красной армии, нарком по иностранным, военным и морским делам, демон Революции – как назовут его позднее. Блестящий публицист и политик начала века, Троцкий был первым революционным деятелем, у которого были личные секретари, стенографировавшие каждую речь лидера и фиксировавшие все произнесенные им вслух мысли. Ведь он – гениальный, прирожденный агитатор, его выступления собирают полные площади и цирковые арены, зажигают и ведут за ним толпу. И все это в полной мере отражено в его книгах – глубоких по содержанию и блистательных по форме.
Моя жизнь – Лев Троцкий
Лев Троцкий в сознании большинства фигура весьма расплывчатая. И в зависимости от того, кто о нем говорит – обожатели или скептики – превращается то в невинно убиенного ангела революции, символа сталинского предательства, то в этакого черта в пенсне, еврейского кровопийцу, вырезавшего миллионы русских людей. Тем важнее первоисточник. Кем был Троцкий? Почему он вознесся так высоко, а потом так бесславно пал? Была ли альтернатива сталинизму в СССР? Однозначных ответов на эти вопросы нет. Но чтобы начать разбираться в Троцком хоть немного, нет лучше способа, чем прочесть мемуары этого низвергнутого революционера. К тому же, это не просто документ невероятной эпохи, смешавшей в кучу войны, интриги и революции, но и просто отличная литература. Писал Троцкий вдохновенно и ярко, умел видеть смешное, а временами книга и вовсе воспринимается как захватывающий приключенческий роман.
Сын состоятельного землевладельца и предпринимателя, Лев Бронштейн (Троцкий) – ближайший сподвижник Ленина, создатель Красной армии, нарком по иностранным, военным и морским делам, демон Революции – как назовут его позднее. Блестящий публицист и политик начала века, Троцкий был первым революционным деятелем, у которого были личные секретари, стенографировавшие каждую речь лидера и фиксировавшие все произнесенные им вслух мысли. Ведь он – гениальный, прирожденный агитатор, его выступления собирают полные площади и цирковые арены, зажигают и ведут за ним толпу. И все это в полной мере отражено в его книгах – глубоких по содержанию и блистательных по форме.
Моя жизнь
Лев Троцкий
У Стефана Цвейга есть сборник новелл под названием «Звездные часы человечества» и «Роковые мгновения». Он считал, что именно под этими двумя углами лучше всего рассказывать истории. Попробую и я так – про Троцкого.
Звездный час № 1
Это было в Петербургском Совете Рабочих депутатов. После революции 1905 г. Троцкий оказался в этом совете и благодаря своей дерзости, молодости и таланту администратора стал его вторым председателем, после Хрусталева, случайного человека в революции, которого уже никто не помнит. Его работа в совете была скоро прервана, но когда Троцкий вернулся в Россию, в 1917 г., он сразу с Финляндского вокзала отправился на заседание Исполнительного комитета Петроградского Совета рабочих и крестьянских депутатов как его бывшей председатель. Предложение о включении Троцкого в ИК внесли большевики. Так он стал большевиком. В 1917 г. И в короткое время до октября Троцкий успел сделать ужасно много.
Прежде всего, он говорил. Троцкий был феноменальным оратором. «Жизнь кружилась в вихре митингов», – писал он. Митинги шли на заводах, в учебных заведениях, в театрах, в цирках, на улицах и площадях. И отовсюду слышался громкий голос Троцкого. «Я возвращался обессиленный за полночь, открывал в тревожном полусне самые лучшие доводы против политических противников, а часов в 7 утра меня вырывал из сна ненавистный, невыносимый стук в дверь: меня вызывали на митинг».
Особо Троцкий рассказывает о своих выступлениях в цирке Модерн, где он ораторствовал по вечерам или ночью. «Слушатели были рабочие, солдаты, труженицы-матери, подростки улицы, угнетенные низы столицы. Каждый квадратный вершок бывал занят, каждое человеческое тело уплотнено. Мальчики сидели на спине отцов. Младенцы сосали материнскую грудь. Никто не курил. Галереи каждую минуту грозили обрушится под непосильной человеческой тяжестью. Я попадал на трибуну через узкую траншею тел. И начинал говорить. Несколько часов. Воздух, напряженный от дыхания, взрывался криками, особыми страстными воплями цирка Модерн. Никакая усталость не могла устоять перед электрическим напряжением этого страстного человеческого скопища. Оно хотело знать, понять, найти свой путь. Уйти из цирка Модерн было еще труднее, чем войти в него. Толпа не хотела нарушать своей слитности. Она не расходилась. В полузабытьи истощения сил приходилось мне плыть к выходу на бесчисленных руках над головами толпы. Иногда я узнавал в ней лица своих двух девочек. Я едва успевал кивнуть навстречу их взволнованным глазам или сжать на ходу нежную горячую руку. И толпа уже снова разрывала нас».
Благодаря своему дару убеждения (и конечно, – исторической ситуации), Троцкому удалось добиться победы большевиков в Петроградском Совете, переиграв коалицию эсеров и меньшевиков. Председателем Петроградского совета он стал 25 сентября по старому стилю, ровно за месяц до революции. После этого Троцкий уже не покидал Смольного. Не спал, не ел, принимал донесения, руководил.
Накануне переворота Ленин и Троцкий, вдвоем, отдыхали в одной из комнаток Смольного. Кто-то постелил им на полу одеяло, они лежали рядом, смотрели в потолок и не могли заснуть. А как тут заснешь?! Ленин говорил без умолку, вспоминает Троцкий. «Он расспрашивал меня про выставленные везде смешанные пикеты из красногвардейцев, матросов и солдат. «Какая это великолепная картина!» – повторял он с глубоким чувством. «Свели наконец солдата с рабочим!» – Затем он внезапно спохватился: «А Зимний? Ведь до сих пор не взят? Не вышло бы чего?» Я привстал, чтобы справится по телефону о ходе операции…». Вся работа по практической организации восстания проходила под непосредственным руководством председателя Петроградского Совета Троцкого.
На следующий день на заседании ЦК Ленин предложил назначить Троцкого председателем Совета народных комиссаров. Троцкий благородно возмутился. Тогда Ленин предложил стать комиссаром внутренних дел. Для борьбы с контрреволюцией. Троцкий опять отказался. В конце концов, ему пришлось согласиться на комиссара по «делам иностранным». Однако эта должность не принесла ему славы.
Звездный час № 2
В 1918 г. Троцкий был назначен наркомом по военным делам, и вот здесь он нащупал свое призвание: его решительность, железная воля, самоуверенность очень соответствовали должности. Больше двух лет Троцкий провел в поезде, в знаменитом поезде Предреввоенсовета (председателя революционного военного совета РСФСР), непрерывно разъезжая по фронтам Гражданской войны. По расстоянию – поезд за это время пять раз опоясал земной шар, пишет Троцкий в мемуарах. Поезд связывал фронт и тыл, решал на месте неотложные вопросы, просвещал, снабжал, награждал и расстреливал. Поезд всегда ехал на самые тяжелые участки фронта, где были проблемы: измены, дезертирство. Троцкий получал телеграмму от Ленина: «Отправляйтесь туда-то. Ваше появление произведет действие на солдат и армию». И его появление правда производило действие.
Ленин был человек демократичный в смысле своего внешнего вида поведения, Троцкий любил эффектный выход. И здесь он был уместен. Вот поезд останавливался там, где было не все в порядке. Поезд стоял некоторое время без движения, как грозовая туча, собирались люди, а потом открывались двери, и оттуда вырывались форменные демоны. Все бойцы поезда носили черные кожаные плащи. Или черные куртки. Впереди шел Троцкий быстрым решительным шагом со своей мефистофельской бородкой и маузером на ремне. За ним – свита. За свитой – спецназ, человек пятьдесят. Они налетали как стая ворон. Выглядело это, по воспоминаниям очевидцев, грандиозно и страшно. «Красноармейцы на всех фронтах, уже впавшие в апатию, изъеденные вшами и голодные, сразу подбирались». И он начинал говорить!
«Сильнейшим цементом новой армии были идеи Октябрьской революции. Поезд снабжал этим цементом фронты», – писал Троцкий. Поднять дух сомневающихся словом, поддержать, воодушевить. Предателей расстрелять. Троцкий делал первое профессионально, а второе – молниеносно и без колебаний. «Но демонам все прощали, потому что они всегда приносили победу».
В годы войны в руках Троцкого сосредоточилась беспредельная власть. В поезде действовал военный трибунал и печатались приказы по всем фронтам. Все фронты были подчинены предреввоенсовета, а тылы – фронту. К концу войны формировался «культ Троцкого», сильно отдававший демонией. В последние недели 1919 г. решающие сражения войны закончились победой, во многом, благодаря умелому руководству Троцкого. Хотя, гражданская война была в России, прежде всего, войной за землю, и это крестьяне предпочли режим большевиков возвращению помещиков, черный демон со своим бронепоездом умело шел на гребне народной волны. Как и в 1917 году.
Роковое мгновение
К концу войны авторитет Троцкого был высок как никогда. И в это время он был самоуверен как никогда. И эта самоуверенность его и погубила.
Окончание войны поставило перед советской республикой сложнейшую задачу – восстановление народного хозяйства. Страна лежала в руинах и одновременно в блокаде Антанты.
А у правительства был опыт только военного коммунизма.
Троцкий предложил свой вариант. В декабре 1919 г. он вынес на обсуждение партии ряд предложений, целью которых было создание системы мобилизации труда, аналогичной призыву на военную службу. Это содержалось в его «Декабрьских тезисах».
Троцкий понимал, что заниматься восстановлением народного хозяйства можно только после того, как будет организована демобилизация Красной Армии. Однако в то время самым эффективным механизмом управления в стране являлся военный бюрократический аппарат. Троцкому не хотелось терять контроль над такими большими и уже организованными людскими ресурсами. Он предложил передавать военным подразделением полномочия по управлению экономической жизни в России.
Воинские подразделения, прекратившие военные действия, планировалось превратить в «трудовые армии».
Однако в партии методы Троцкого нравились людям все меньше. Многих отвращало пренебрежительное отношение Троцкого к профсоюзам. По поводу них развернулась громкая дискуссия. Теоретически целью революции было освобождение рабочих. Декабрьские тезисы были насмешкой над «освобождением». Рабочие и крестьяне должны были работать так, как потом заключенные будут работать на стройке Беломорканала. Теоретически профсоюзы должны были защищать права рабочих. А Троцкий говорил, что в государстве рабочих нет места профсоюзам с забастовками и претензиями. Абсурдно отстаивать права рабочих перед государством рабочих.
Троцкого шепотом называли Аракчеевым.
Безумным радикалом.
После войны людям хотелось передышки, а не новой казармы.
IX съезд партии 1920 г. показал это. Он начался в атмосфере некоторой растерянности. Делегаты съезда хотели услышать слова одобрения, утешения, надеялись, что наконец наступит облегчение жизни, а Троцкий набросился на них, как будто это деморализованные солдаты, а он выхолит из бронепоезда.
«Я отказываюсь верить, что пролетариат потерял волю!» – говорил он.
«Долой мещанство!» – говорил он.
«Импорт должен ограничиться только промышленными товарами! Нельзя идти на уступки потребительской психологии».
«Сырье только в обмен на паровозы, никаких предметов потребления: одежды, обуви, колониальных товаров!»
«На заводах должна быть военная дисциплина! – говорил он. – Рабочие должны перебрасываться с предприятия на предприятие, исходя из решений центра. Дезертиров – в концентрационный лагерь».
Этот съезд и стал роковым мгновением Троцкого.
Пока он руководил экономикой страны, все были им недовольны, но авторитет «победителя войны» сохранялся. Когда же от недостаточно удачной политики «трудовых армий», Ленин решил перейти к НЭПу, на Троцкого ополчились все. Утратить авторитет теоретика для того поколения было равно моральному банкротству.
«Меня часто спрашивают, как вы могли потерять власть! – писал он. – Точно потерять власть это то же, что потерять часы». Власть Троцкий терял постепенно. Примерно с 1922 г. он сильно болел. У него была высокая температура, мешающая работать. Он проболел основные партийные дискуссии, где его критиковали. Он проболел создание фракций, коалиций против Троцкого.
«Придя на какое-нибудь заседание, я заставал групповые разговоры, которые при мне немедленно обрывались. В разговорах не было ничего направленного против меня. Не было ничего противоречащего принципу партии. Но было настроение моральной успокоенности, самоудовлетворенности и тривиальности. У людей появилась потребность исповедоваться друг другу в этих новых настроениях, в которых немалое место, к слову сказать, стал занимать элемент мещанской сплетни».
Бойцы революции, рассказывает дальше Троцкий, начали ходить друг к другу в гости, посещать балет, устраивать коллективные выпивки. Я не подходил этому образу жизни. Сплетничая за бутылкой, один чиновник говорил другому: «У Троцкого только перманентная революция на уме», он индивидуалист, он аристократ, ему интересна только собственная слава, долой перманентную революцию!
«Под этим флагом шло освобождение мещанина в большевике».
Это очень важные слова. В них схвачено настроение.
Никому не могло бы прийти в голову, что Ленин выдвинул идею социализма в отдельной стране в ответ на «троцкизм», как говорил Сталин. Это был абсурд, но в 1924 г. партия хотела быть обманутой. Слишком уж всех страшил новый Аракчеев. И неугомонный радикал.
Понять революцию, как и историю в целом, можно только как объективно обусловленный процесс. Развитие народов выдвигает такие задачи, которых нельзя разрешить другими методами, кроме революции. В известные эпохи эти методы навязываются с такой силой, что вся нация вовлекается в трагический водоворот. Нет ничего более жалкого, как морализирование по поводу великих социальных катастроф! Здесь особенно уместно правило Спинозы: не плакать, не смеяться, а понимать.
Проблемы хозяйства, государства, политики, права, но рядом с ними также и проблемы семьи, личности, художественного творчества ставятся революцией заново и пересматриваются снизу доверху. Нет ни одной области человеческого творчества, в которую подлинно национальные революции не входили бы великими вехами. Это одно уже, отметим мимоходом, дает наиболее убедительное выражение монизму исторического развития. Обнажая все ткани общества, революция бросает яркий свет на основные проблемы социологии, этой несчастнейшей из наук, которую академическая мысль кормит уксусом и пинками. Проблемы хозяйства и государства, класса и нации, партии и класса, личности и общества ставятся во время великих социальных переворотов с предельной силой напряжения. Если революция и не разрешает немедленно ни одного из породивших ее вопросов, создавая лишь новые предпосылки для их разрешения, зато она обнажает все проблемы общественной жизни до конца. А в социологии больше, чем где бы то ни было, искусство познания есть искусство обнажения.
Незачем говорить, что наш труд не претендует на полноту. Читатель имеет пред собою главным образом политическую историю революции. Вопросы экономики привлекаются лишь постольку, поскольку они необходимы для понимания политического процесса. Проблемы культуры совсем оставлены за рамками исследования. Нельзя, однако, забывать, что процесс революции, т. е. непосредственной борьбы классов за власть, есть, по самому своему существу, процесс политический.
Пока-я-не-Я. Практическое руководство по трансформации судьбы
Дмитрий Троцкий
Дмитрий Троцкий – участник проекта «Битва экстрасенсов», хиромант, лидер по посещаемости вебинаров и семинаров. Дмитрий Троцкий – хиромант, который больше не предсказывает судьбу, так как уверен, что ее можно изменить. «За последние 20 лет я просмотрел более 30 000 пар рук, все время изучая взаимосвязи между тем, что мы чувствуем, думаем, говорим, делаем, и событиями в нашей жизни. Сейчас я могу с уверенностью сказать: все, что с нами происходит – мы это заслужили исполнением или неисполнением своей роли. В этой работе я даю инструкцию, как разобраться, – кто я, какая у меня роль в каждой конкретной ситуации, и что это вообще такое – роль. Я рассказываю, на что нужно опираться при выборе профессии, своей второй половинки, как раскрыть свой творческий потенциал и найти свое предназначение, как исцелиться от той или иной болезни и достичь благосостояния. Здесь нет абстрактных рассуждений, только руководство к действию и ответ на главный вопрос: что мне делать – прямо сейчас и в жизни в целом».
Хорошее дело хиромантией не назовут
Хорошее дело хиромантией не назовут
Прошу вас – не верьте тому, что я говорю, проверьте каждую букву! А для вдохновения поделюсь историями из практики.
Иногда бывают истории, которые я называю фантастическими. Вот одна из них. Женщина была замужем за «великим комбинатором». Муж сделал ее своим финансовым директором, сам нигде, ни по одному документу не фигурировал, все документы и даже все кредиты были оформлены на жену. Жена мужу доверяла, особо не задумывалась, что он ей предлагает подписать, – подписывала.
Через какое-то время муж нашел другую женщину и ушел к ней. А первой жене остался непогашенный кредит в банке, оформленный на ее имя, – чуть больше миллиона евро. Она никогда нигде не работала, только подписи на бумагах ставила. Каждый день из банка звонят, коллекторы уже начали угрожать. Она пришла на тренинг с вопросом: что делать?
Мы с ней полностью пересмотрели все ее взаимоотношения, нашли всю ее неискренность – с бывшим мужем, с его родителями, с ее родителями, с друзьями и знакомыми. Она перестала бояться, что у нее отберут и то, что осталось после мужа – дом, машину, и начала выражать в моменте то, что чувствует. Если это негатив, то это было искреннее покаяние от всей души через «прости», если это настоящая благодарность – например, к бывшему мужу за детей и за золотые финансовые годы, то она прямо на коленях выражала благодарность.
Однажды она мне пишет: из банка пришло оповещение о списании всего долга. Как это произошло – в банке сами не смогли объяснить, потому что никто этот долг не гасил. Просто исчезло в истории все, что касалось этого кредита на миллион с лишним евро.
Я искал ответы в разных книгах, в психологии, в эзотерических дисциплинах, философии и магии, везде находил много работающих советов, практик, техник… Но всегда чего-то недоставало, упускалась какая-то тонкая, незримая, но очень важная деталь.
Тогда практика покаяния работает через письма. Писать лучше вечером, ближе к отходу ко сну. Письма можно на следующее утро сжигать – огонь станет почтальоном. Либо сначала все написать, потом сжечь. Алгоритм точно такой же: сначала просим прощения за невысказанный ранее негатив, потом – выражаем позитивные чувства и завершаем благодарностью.
Я рекомендую писать минимум 40 писем. Где-то на середине пути может появиться ложное ощущение, что вот, я все высказал. Очень важно тут не остановиться и продолжать. Хотя бы пару предложений, но каждый день. Даже если несколько дней пишете одно и то же – продолжать.
Если вы хотите прямо сейчас начать трансформацию судьбы, возьмите бумагу и ручку, вспомните и запишите имена всех людей – родственников, друзей, бывших и настоящих любимых, коллег и начальников, – с которыми у вас остались недоговоренности, которым вы что-то не сказали. Вспоминаем и негативные, и позитивные чувства. Затем нужно эти чувства выразить – с кем можете встретиться лично, встречайтесь лично, не можете – звоните, находите в социальных сетях. Нет никакой возможности связаться или человек уже умер – пишите письма. Показателем того, что вы отдали долг, будет светлое чувство благодарности, а еще особенное состояние, его ни с чем не перепутать.
