Заха хадид дубровка адрес
Подпишитесь
на нашу email-рассылку
Бизнес-центр в Москве по проекту Захи Хадид
Бизнес-центр Dominion, открытый в Москве неподалеку от станции метро “Дубровка”, представляет собой здание, словно составленное из смещенных по отношению друг к другу крупных пластин. Идея сдвинутых форм развивается архитектором Захой Хадид и в решении внутреннего пространства.
Бизнес-центр Dominion, возведенный на Шарикоподшипниковской улице, стал одним из первых проектов в Москве, предназначенных для креативного и IT-секторов.
В атриум выведены сообщающиеся между собой балконы с лестницами – их формы также смещены по отношению друг к другу и визуально поддержаны контрастной отделкой. Такое пространственное решение обеспечивает возможность свободного общения и взаимодействия сотрудников различных компаний.
По периметру здания установлены поддерживающие конструкцию колонны, а выступающие этажи сбалансированы по противоположным сторонам. В некоторых местах колонны перемещены с целью увеличения площади неразбитых участков, предназначенных для арендаторов или организации общественных зон.
Офисы находятся на семи этажах здания, причем предусмотрена возможность размещения в них как совсем небольших, так и крупных компаний. Бизнес-зоны отделены от атриума сервисными помещениями, что обеспечивает им большую приватность. На первом этаже находится ресторан, связывающий внутреннее пространство с террасой и улицей.
Заха Хадид в России: две знаменитые постройки
Заха Хадид популярна сегодня не меньше, чем при своей жизни: проекты ее компании удивительны, технологичны, дороги и даже скандальны. Два здания, спроектированные знаменитым архитектором, построены в России. Это бизнес-центр в Москве и частная вилла в Подмосковье. Оба масштабных проекта реализованы на деньги девелоперов.
По теме: Zaha Hadid Architects перестроют Новороссийск
Dominion Tower (или «Пересвет-Плаза») стоит на юго-востоке Москвы в районе Дубровки. Открытие состоялось 25 сентября 2015 года. Проект был выполнен Zaha Hadid Architects по заказу девелопера «Доминион-М» Владимира Мельника. В 2016 комплекс «Пересвет-Плаза» перешел группе «Сафмар» Михаила Гуцериева, семье крупнейших собственников коммерческой недвижимости в России.
Dominion Tower — семиэтажное здание площадью 21 400 кв. метров (9 700 кв. метров занимают офисные помещения). Его строительство началось в 2008 году, но из-за экономического кризиса работы были приостановлены. Стройку возобновили 2012 году, после того как проект был доработан и «адаптирован» (удешевлен) при участии российского архитектора Николая Лютомского. В первоначальном варианте Захи Хадид присутствовали выразительные двадцатиметровые консольные элементы, бесшовные панели-хамелеоны и пр. По словам Патрика Шумахера, нынешнего главы компании Zaha Hadid Architects в основу этого проекта были заложены принципы русского авангарда. Проектирование осуществлялось методами параметрической архитектуры на специально созданном программном обеспечении.
Несмотря на уникальную архитектуру и концепцию, Dominion Tower не вполне востребован. Есть мнение, что это связано с неудачным расположением здания, а также с высокими арендными ставками. Зато центр снимался в постапокалиптическом боевике — в отечественном кино Андрея Волгина «Танцы насмерть».
Московское здание Захи Хадид
Великий архитектор Заха Хадид умерла в Майами 31 марта 2016. В Москве были построены две работы её компании: особняк олигарха Доронина и большое офисное здание Dominion Tower на Шарикоподшипниковской улице.
Фото: © L!FE/Марат Абулхатин
Заха Хадид была одним из величайших архитекторов современности. Первая в истории женщина, получившая Притцкеровскую премию (архитектурный аналог Нобеля), построила идеальную карьеру: от образования, полученного в старейшей архитектурной школе Великобритании, до архитектурного бюро своего имени на 400 человек с более чем сотней проектов в архиве. Уроженка Ирака стала для общественности лицом параметрической архитектуры. Это течение — обывательское название проектирования с использованием математики и скульптуры, когда кривые линии и поверхности обсчитываются на компьютере при помощи алгоритмов, которые и задаёт архитектор.
Работы Хадид — это всегда инопланетные сооружения неожиданной формы, отвергающие гравитацию. С 2000-х здания стали текучими: плавные линии и космические конструкции. В строительстве использовались инновационные материалы.
В России компании Захи работала над тремя проектами. Один из них, жилой дом «Живописная Тауэр», так и не был построен, а девелопер продал участок. Другое строение находится в Барвихе и придумано для Владислава Доронина, который хотел подарить его возлюбленной, модели Наоми Кэмпбелл.
Но одно здание из наследия прославленного архитектора всё-таки доступно для осмотра всем москвичам. Это офисная башня Dominion Tower на Шарикоподшипниковской улице, дом 5, рядом с метро Дубровка. И оно, наверное, самое скучное из всего портфолио Хадид.
Как выглядит Dominion Tower
Небольшой в сравнении с другими работами архитектора семиэтажный офисный центр открылся для арендаторов 25 сентября 2015. Район Южнопортовый, средней депрессивности. Здесь располагались два завода, Московский шинный и Шарикоподшипниковский, который и дал название улице.
В интервью исполнительный директор бюро Кристос Пассас заявлял:
Полет заложен в форме башни: этажи сдвинуты друг относительно друга, будто они скользят. Эффект должен был быть сильнее: разлёт этажей в проекте достигал 20 метров, но был уменьшен в силу российской действительности до 5 метров.
Человек, отвечающий за техническую поддержку здания, в разговоре отказался называть своё имя. Он работает в компании-подрядчике, которую наняли после въезда в офис в августе 2015 пока что единственного арендатора, государственного Фонда содействию реформирования ЖКХ. В том числе эта государственная корпорация занимается финансовым обеспечением переселения граждан из ветхого жилья.
«Я не видел изначальный проект Хадид, но эти вылетные панели — не для нашей широты», — уверяет управляющий. На консолях зимой скапливается снег, и это довольно опасно: при падении они начнут выламывать стекла. Уборщикам приходится ежечасно обходить все здание и стряхивать снег. По правилам его не должно скопиться больше 20 сантиметров.
Мы стоим на первом этаже у монументальной стойки ресепшена. Вокруг великолепный интерьер, точно в космическом корабле: причудливые чёрные полосы, ведущие к лифтам; хитросплетение лестниц над головой. Людей совсем немного, ведь занято только два этажа из семи. На последнем этаже даже не закончен ремонт.
Завхоз рассказывает, что, только въехав, государственная контора сразу стала переделывать арендованную площадь. Дело в том, что по проекту планировалось организовывать офисы по принципу open space. То есть всем работникам предлагалось сидеть в одном просторном помещении без перегородок. Но госработникам это не подошло, и они по советской традиции начали перестраивать площадь под кабинеты, строить перегородки. Теперь обслуживать проект сложно: арендаторы переделали под себя и отопление с вентиляцией, отойдя от изначального инженерного замысла.
Фасад облицован специальными плитами Alucobond, материалом, который при определённом угле зрения и при нужной освещённости меняет окраску. В реальности оказалось, что увидеть эффект чрезвычайно сложно: собеседник Лайфа признался, что видел небольшое позеленение лишь пару раз за почти год работы над зданием.
Проект не получается вписать в современное портфолио Хадид. Острые углы и изломанные плоскости скорее напоминают о раннем творчестве. Дело в том, что первые переговоры прошли еще в 2008 году, а строительство началось лишь в 2012.
О здании после смерти Хадид прознали местные жители. Студенты с телефонами просят охранника их пропустить, но никого из них не пускают дальше турникетов.
Инвестиции в проект Dominion Tower составили 2,3 млрд рублей. При полной загрузке ожидаемый ежемесячный доход — 27 млн рублей. Сейчас в здании занято 2 этажа из 7.
Dominion Tower Захи Хадид: первые фотографии и впечатления
25 сентября в довольно глухом районе на «Дубровке» открывается Dominion Tower — ослепительно-белое здание бизнес-центра по проекту Захи Хадид, которое строили 10 лет. Первый арендатор известен — это Фонд содействия реформированию ЖКХ с кабинетом Сергея Степашина. «Афиша» отправилась на разведку.
Московский долгострой от Захи Хадид наконец-то закончен: по адресу Шарикоподшипниковская, 5, завершаются последние работы над бизнес-центром Dominion Tower. За последние 10 лет критики успели с ним попрощаться, снова обрести надежду и разочароваться в результате. Накануне открытия «Афиша» поговорила с директором студии Захи Хадид, который отвечал за этот проект, и пригласила на разведку в Dominion Tower архитектора Бориса Бернаскони, чей проект музея в Перми когда-то обошел на конкурсе предложение самой Хадид, чтобы обменяться впечатлениями.
Фотография: Наталия Куприянова
Хадид и классика
Про Заху Хадид, кажется, что все уже известно и даже можно не объяснять: самая знаменитая в мире женщина-архитектор или по крайней мере одна из. Единственная женщина, получившая Притцкеровскую премию. Училась у Колхаса, 15 лет работала в стол, вдохновлялась русским авангардом. Примерно до середины 2000-х работала в стиле деконструктивизма, а потом стала заниматься тем, что называется параметрической архитектурой, и начала строить текучие здания с невероятным интерьером, напоминающие космические корабли.
Фотография: Наталия Куприянова
Хадид и ее студия
Мы говорим «здание Захи Хадид», но надо понимать, что студия Захи Хадид — огромная фабрика, которая произвела 950 проектов по всему миру. Здесь работает более 400 человек, и в этом смысле главная заслуга Хадид в том, что ей удается сохранять свой узнаваемый стиль: в отличие от Нормана Фостера, который из сотни проектов своего гигантского бюро реально может принимать участие только в двух, у Захи Хадид получается справиться с корпоративной культурой и сохранить авторство — по крайней мере, с точки зрения стороннего наблюдателя, — каждого объекта. В этом ей помогает бессменный партнер по бюро Патрик Шумахер, который как раз и поддерживает ее безумные проекты с точки зрения возможностей параметрической архитектуры, а сама Заха Хадид рассказывает, что студенты-практиканты всегда несут проекты сначала к нему, потому что он намного более сговорчивый.
Фотография: Наталия Куприянова
Хадид и Россия
Вся работа Захи Хадид испытывает сильное влияние русского авангарда: начиная со студенческого проекта у Колхаса, вдохновленного Малевичем и Лисицким, и заканчивая выставкой про связь ее работ с российским супрематизмом несколько лет назад в Цюрихе. Она даже собирала советские бутылочные открывалки в виде ракет.
В 2000-х Заха стала частью большой истории о злоключениях иностранных архитекторов в России. Две ее работы, жилая башня на Живописной улице и выставочный комплекс рядом с Экспоцентром, так и остались бумажными проектами. Статус здания на Шарикоподшипниковской из-за кризиса долгое время оставался неясным, и в интервью 2012 года Заха призналась, что вообще не представляет, в каком состоянии ее московские проекты находятся.
Фотография: Наталия Куприянова
Хадид и Dominion Tower
Здание, придуманное студией Хадид по заказу девелопера «ДоминионМ» Владимира Мельника, представляет собой семь сдвинутых друг относительно друга этажей. На первых трех с удобством расположился защищенный от налетчиков бронированными дверями и стенами головной офис Фонда содействия реформированию ЖКХ с личным кабинетом Сергея Степашина, бывшего министра сначала юстиции РФ, а затем и МВД. Остальные четыре этажа пока ждут своих арендаторов.
Работа над зданием велась больше 10 лет. Сначала проект долго обсуждался, и его выразительность в российских условиях пришлось смягчить: в первоначальном проекте консоли должны были выступать острее, на целых 20 метров. В 2008 году начали рыть котлован, но кризис внес свои коррективы: основные работы начали только в 2012 году. Свою роль сыграл и общий курс на импортозамещение: все российские аналоги материалов пришлось согласовывать с архитектором.
Офис Захи Хадид вел постоянный авторский надзор, однако его результаты, пожалуй, можно увидеть только в атриуме. Это по-настоящему выдающееся пространство, где внимательно подобраны и проработаны все детали: от мебели по собственному дизайну Захи Хадид и сложной подсветки, расположенной во внутренних нишах лестниц, вплоть до аккуратных люков в потолке. Атриум действительно удался, и, вероятно, это была главная зона контроля иностранных архитекторов — в отличие, например, от странных углов стыковки в менее парадных углах здания вроде туалетов.
Фотография: Наталия Куприянова
Критики успели как следует отругать здание за скучный и устаревший проект и неуважение к контексту. С этим можно согласиться, но жаловаться и на одно, и на второе так же бессмысленно, как и на то, что зимой в России холодно. Проект был создан десять лет назад, и обижаться на его несвоевременность как минимум странно. Бизнес-центр окружают несвязные здания-объекты из второй половины прошлого века, и в этом смысле Dominion Tower работает в лучших традициях конструктивизма — случайно падает в новую среду и меняет контекст вокруг себя. Впрочем, пока этого не случилось: жители соседних домов, взглянув на фотографию, не могут ответить на вопрос, где же это здание находится. В любом случае намного больший повод для претензий — это контраст между зоной контроля Захи Хадид, сработанным на совесть атриумом, и остальной частью здания, в том числе и фасадной: этот контраст физически можно ощутить на себе, когда входишь и выходишь из бизнес-центра.
Делать окончательные выводы рано: над фасадом пока ведутся работы — и можно еще понадеяться, что новые арендаторы на верхних этажах не будут заклеивать стекло атриума матовой пленкой и разбивать прозрачные ракурсы здания. Что касается точных планов, то вокруг бизнес-центра обещают разбить парк с уличной мебелью от Хадид, а на самом верхнем этаже расположить ее панно с разными режимами подсветки (в том числе «праздничной» и «дневной»). Сдавать площади в прошлом году обещали за 30 тыс. рублей за квадратный метр, и если эта цена не снизится, то легко может отпугнуть потенциальных арендодателей — в кризис, например, офисы в «Москва-Сити» подешевели примерно до 20 тысяч.
Фотография: Наталия Куприянова
Российский архитектор о Dominion Tower: «Этот проект позволит говорить о современной архитектуре в стране»
Если посмотреть на здание издалека и прищурясь, то оно будет вполне ничего. Если посмотреть на детали, то строительный комплекс сделал все, чтобы уничтожить запланированную эстетику. Бэкстейдж, эвакуационные лестницы, санузлы считаются менее важными для пользователя — но не должны быть менее важными для архитекторов. Так вот, главные вещи удались, а второстепенные строительный комплекс сделал по-своему.
Есть такой формат одежды black tie — если ты не соблюдаешь определенный набор элементов, то просто ничего не получается. Так же и здесь. Здание претендует на определенный уровень эстетики и культуры, но достичь этого в России пока невозможно. Так что кое-что здесь сделано неплохо, а вот, например, глянцевой керамики на ступеньках атриума не должно быть по определению. То же самое замечаешь, когда смотришь на костюм и детали: неизбежно обращаешь внимание на галстук, на то, как рубашка сделана, на запонки. Запонки вот не очень получились.
Но разговор о качестве не разговор об архитекторе. Заха — очень хороший профессионал и художник. Если же говорить о качестве, то я могу охарактеризовать нашу строительную ситуацию так: можно вывезти девушку из деревни, но деревню нельзя вывезти из девушки. Это касается еще и того, как здание будет эксплуатироваться: кто будет сидеть на рецепции, а кто наклеивать матовую пленку на стекла. Можно построить самую крутую вещь с самым крутым интерьером, но арендатор сделает все по-своему.
Хорошо, что этот проект появился: он будет создавать контекст и среду, позволит говорить о современной архитектуре в стране. Результат в данном случае менее важен: такие проекты подтягивают культуру строительства. Но чтобы выходить на определенный уровень стандарта, нужно очень стараться, и реакция девелопера в этом смысле была показательна: «Больше никогда и ни за что мы не будем подобным проектом заниматься». Это требует определенных усилий и ответственности. На самом деле эта проблема была везде, просто Запад прошел через нее раньше. Наши олигархи и девелоперы должны потренироваться еще лет 30, за это время у них вполне может получиться создать нормальное импортозамещение. Может быть, строители даже смогут с первого раза ступеньки нормально делать. И тогда через 500 лет вы не узнаете Российскую Федерацию».
Фотография: Наталия Куприянова
Директор бюро Захи Хадид: «Я думаю, что Захе очень нравится интерьер»
«Здание выглядит как сдвинутые тектонические плиты. Мы хотели создать ощущение, что оно как будто бы раздвигает свои границы, придать ему уникальные черты и открыть вид на город. Бизнес-центр удалось построить с соблюдением высоких стандартов, очевидно, что это здание является пионером для дизайна офисов Москвы. Конечно, есть детали, которые можно было бы доработать, но в целом мы довольны результатом. Со своей стороны мы проводили весь необходимый надзор.
Я думаю, что Захе очень нравится интерьер: это уникальное пространство, атриум, можно рассматривать как картину. У этого визуального образа есть долгая традиция в рисунке — сложная перспектива и так далее. Мы попытались привнести сюда эстетику, связанную с конструктивизмом и теми течениями, которые из него произошли. Но это, конечно, новая память о конструктивизме: это прежде всего очень современное здание. Это здание, над которым не властна сила притяжения, мы очень любим эстетику космических путешествий.
Проекту почти 10 лет, и я вел его все это время, параллельно занимаясь другими делами. Иногда случается, что проекты останавливаются: в 2008 году случился кризис — и это повлияло на многие наши проекты. Но наш проект выдержал испытание временем благодаря работе нашей команды и настойчивости клиента, Владимира Мельника.
Русский рынок очень важен для нас: мы и дальше хотим раздвигать здесь границы возможного в архитектуре. Сейчас у нас есть много предложений, но пока мы не готовы озвучить ничего конкретно. Из реализованных проектов, конечно же, следует упомянуть очень красивую дачу в Барвихе — вы все ее наверняка видели, она и впрямь здорово сделана».
Бизнес-центр был задуман в 2005 году, а строительство началось весной 2008 года. Кризис заморозил проект: постройка от архитектурной звезды оказалась слишком дорогой для компании-заказчика «Доминион-М». Впоследствии российский архитектор Николай Лютомский удешевил и доработал проект для московских условий, в 2012 году строительство возобновилось и в 2015-м наконец завершилось. О том, что из этого получилось, скажу словами публикации, с цитаты из которой я начала.
Изломанная башня в промзоне на Дубровке потеряла в реализации из-за традиционно неважного качества российского строительства, но всё равно удивляет своими формами. Здание проектировали и строили более десяти лет, и сейчас оно выглядит запоздалым приветом из прошлого. Когда проектирование только начиналось в середине 2000-х, девелопер заказывал не просто эффектное здание, а образ светлого и благополучного будущего. К 2015 году всё в России изменилось настолько, что получившийся результат — скорее неоправданная роскошь, чем необходимость.
Мое субъективное мнение: здание на фото (даже на моем) выглядит лучше, чем на самом деле. Когда видишь фото, возникает немедленное желание поехать и посмотреть на местности. Когда приезжаешь, испытываешь некоторое разочарование: и это всё?
К тому же знакомство со зданием ограничивается его внешним обликом. Тем, кто приезжал до и после нас, удавалось пройти до турникета и даже сделать несколько фотографий фойе, действительно впечатляющего. Нас суровый охранник остановил еще до дверей и объяснил, что осмотр здания только по будням, только специалистам и по так-то и так-то оформленным бумагам; просьба покинуть околодверное пространство.
3.
4.Этот ракурс сделан прежде всего ради оградки у автобусной остановки, которая гармонирует со зданием.
Надеюсь, в Москве еще появятся здания от великих архитекторов XXI и последующих веков.
